Книга Год 1991-й. Беловежская Голгофа, страница 19 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ненависть — весьма непродуктивное чувство, — веско заметил американский президент. — Она мешает трезво мыслить и принимать самые правильные решения. Кроме того, тот, кого вы ненавидите, может это заметить, и тогда малой кровью разборка с ним уже не обойдется. Хорошо было воевать с голозадыми индейцами, у которых в основном имелись только луки и стрелы, и редко у кого винчестер, а вот со стороны русских, если в итоге они заподозрят недоброе и отдадут власть кому-то из своих генералов, могут полететь и ядерные ракеты…

И тут проснулся задремавший было советник по национальной безопасности Брент Скоукрофт.

— Ядерное оружие Советов необходимо раздать их бывшим республикам, и тогда оно перестанет представлять для нас угрозу, — каркнул он. — Чем меньше там будет контроля и централизованного управления, тем лучше.

— Спите дальше, Брент, — отреагировал на это демарш президент Буш. — Сейчас обсуждается совсем не этот вопрос. В конечном итоге наследников Советов желательно вообще лишить возможности иметь ядерные арсеналы, но они еще не дошли до той степени ничтожества, когда можно было бы просто поднять этот вопрос. Вот когда вслед за Советским Союзом распадется и так называемая Российская Федерация, слишком большая для того, чтобы быть нормальным государством, и образовавшиеся на ее месте русские и национальные республики размером с Бельгию вступят в состояние непримиримой вражды, тогда и настанет нужное время. А пока об этом рано даже думать.

— Подозреваю, что император пришельцев имеет на этот счет особое мнение, и, к сожалению, нам оно неизвестно, — заметил директор ЦРУ Роберт Гейтс. — Отсутствие агентуры среди новых врагов, как разведывательной, так и структур влияния, может сильно осложнить нашу дальнейшую деятельность.

— К сожалению, вы правы, Роберт, — согласился президент Буш. — Империя, откуда бы она ни пришла и чью бы сторону ни заняла в наших земных делах, всегда и везде остается нашим злейшим врагом. И дело тут даже не в красных звездах на летательных аппаратах. При всех прочих равных обстоятельствах это дело случайное, мало ли у кого могут быть какие опознавательные знаки. Гораздо важнее то, что наш новый враг может ставить перед собой решительные цели и добиваться их достижения с нечеловеческой решимостью и мощью, невзирая ни на какие условности. Для пришельцев не существует ни границ на земле, ни моральных ограничений, они не связаны никакими договорами, а потому действуют исключительно в собственных интересах.

— А если, мистер президент, красные звезды на летательных аппаратах не случайное совпадение? — спросил госсекретарь Джеймс Бейкер.

— Тогда следующий ход императором пришельцев будет сделан в Москве, и мы все сразу окажемся в большой беде, — ответил тот. — Вы же знаете, насколько ненадежны, трусливы и даже продажны наши тамошние контрагенты, и с какой радостью они перебегут к новому хозяину, если тот, с одной стороны, посулит им больший куш, чем мы, а с другой, пригрозит большой палкой. Все, чего мы сумели добиться, может обернуться своей полной противоположностью, стоит лишь загадочному мистеру Икс овладеть русскими как целостной нацией. Тяга к сильной власти у этого народа в крови, и он еще не забыл, с какой твердостью и решимостью правил им мистер Сталин. Сочетание в одной личности железной решимости и олицетворения развитой технологической мощи превратит его в природного вождя, которому ничего не будет стоит овладеть изнывающими от нетерпения народными массами.