Онлайн книга «Год 1994-й. Крах Гегемона»
|
Повышать изымаемую ренту можно было только за счет углубления эксплуатации, в основном в странах Третьего мира, но это, в свою очередь, гальванизировало стремительно краснеющие национально-освободительные движения. Если бы не безумный клоун Никитка, своими прыжками возбужденной макаки подорвавший все, что возможно — сельское хозяйство, промышленность, армию, госбезопасность, идеологическую базу и политический авторитет Советского Союза — то к середине семидесятых годов у американцев посыпалось бы все, сначала в Европе, а потом и дома. Но из-за дурацкого волюнтаризма Советский Союз стал слабеть быстрее своего американского конкурента. А потом на мировой сцене появился Горбачев, который принялся делать геополитическому противнику один подарок за другим. Чем все закончилось, вы знаете. Западный, в первую очередь, американский капитал рывком захватил освободившееся пространство и принялся его осваивать через своих сукиных сынов, то есть повышать норму эксплуатации. Падение уровня промышленного производства, безумная гиперинфляция, стремительный рост внешней задолженности, а также смертельный конфликт между президентом Ельциным и Верховным Советом год назад стали следствием именно этого явления. Процесс в разгаре, и дальше будет только хуже. Дальнейшее углубление эксплуатации территории Российской Федерации западным капиталом возможно только через территориальное расчленение страны на фрагменты размером с Гондурас, при такой же степени их суверенности и материального благосостояния населения. Однако эти планы западных финансово-политических кругов вступают в явственное противоречие с устремлениями стремительно формирующейся российской политической и финансовой элиты. Это ее законный пирог собрались делить ненасытные едоки с Уолл-Стрит и Лондонского Сити, это ее собираются выкинуть на свалку истории, потому что Боливар не вынесет двоих. Первый клин в российскую территорию уже вбит, и называется он Ичкерия. Восстановление конституционного порядка на территории Чечни будет первой схваткой за выживание России как государства и русских как народа. Как видите, в этом конфликте не просматривается никакой идеологии, лишь низменные экономические интересы. Люди со временем не меняются, и страны тоже. Колониальные державы восемнадцатого-девятнадцатого века и в двадцать первом веке с ослабевшим конкурентом будут вести себя так же, а североамериканцы, частью истребившие, частью загнавшие в резервации своих индейцев, с тем же равнодушием постараются маргинализировать и элиминировать русский народ. Слишком много на территории России разных природных богатств — от золота, бриллиантов, нефти и газа, до крупнейшего в мире запаса чистой питьевой воды в озере Байкал. — Вот оно что, оказывается… — нехорошо прищурившись, произнес Павел Гусев. — А мы-то, наивные, думали, что раз мы больше не коммунисты, то нас оставят в покое. Обманули, получается, господа американцы? — И не один раз, — кивнул Серегин. — Если реклама (не всегда добросовестная) — это двигатель торговли, то обман — это двигатель западной политики. — Ну хорошо, — сказал хозяин кабинета, потирая руки, — а теперь, если можно, в общих чертах расскажите как развивались события в вашем личном прошлом… до две тысячи шестнадцатого года. |