Книга Маруся и близнецы, страница 42 – Ашира Хаан

— Натан Андреевич, а что… — только начал он и в трубке что-то забормотали скороговоркой. Слушая собеседника, он прошел к окну, отодвинул занавеску, вглядываясь в дождливую хмарь, покивал и выключил телефон.

— Ну? — спросил Никита.

Макар развел руками:

— Генератор сломался. Когда починят — хз. Когда обрыв починят — тоже хз, пока дождь не кончится, никто даже не рыпнется.

— Я говорила папе, что нам нужен свой генератор, — фыркнула Маруся. — Но он же упрямый…

Они немного помолчали.

— Ну… Чем теперь займемся? — вкрадчиво спросил Никита.

Если Никита и рассчитывал на поддержку брата, то зря.

По какой-то одному ему ведомой причине, Макар решил притормозить с грандиозными планами.

— Можем досмотреть фильм с моего ноута, — предложил он. — Сейчас схожу.

Никита бросил ему вслед довольно злобный взгляд, а вот Маруся не уловила никаких странностей. Ей действительно хотелось узнать, чем все кончится. Нет, понятно, что наши победят — но как именно?

— Упс… — Макар вернулся, помахивая тонким нотбуком. — Забыл в розетку воткнуть, десять процентов заряда осталось.

— Макар! Ну ты, блин! — Возмутилась по-настоящему расстроенная Маруся. Даже швырнула в него длиннокотом, но промахнулась. — Что теперь делать? Спать рано идти. Есть не хочется. Книжки при свечах читать?

— У меня есть некоторые варианты… — начал Никита.

— О! При свечах! — перебил его брат. — Давайте камин разожжем, будет веселее!

Дрова уже были заложены, так что оставалось только добавить немного растопки и поджечь, позволяя алым язычкам пламени облизнуть дубовые поленья, да разгореться ярче, наполняя дом теплом и ароматом уюта.

Треск пламени в полумраке сливался с шелестом ливня за окнами и рождал атмосферу уединения. Словно они втроем собрались в избушке где-то на краю мира за тысячи километров от других людей, а не в подмосковном поселке недалеко от столицы.

— У меня есть идея, — сказал Макар, смахивая ноги Никиты с кофейного столика и водружая туда парочку зажженных свечей. — Давайте во что-нибудь поиграем.

— В карты? — оживился его брат. — На раздевание?

— Я не… — начала Маруся, уже готовая сбежать обратно в свою комнату — читать при свечах.

— Не, какие карты, — скривился Макар. — Что за детский сад? В правду или действие!

— Это как?

— Никогда не играла? — удивился Никита.

— Нет, — она помотала головой.

— А в бутылочку? В «Я никогда не»?

— Тоже нет.

— Марусь, а у тебя друзья-то были? — заржал он. — Ты вообще весь смак пропустила!

Она неопределенно пожала плечами, подбирая под себя ноги и сворачиваясь клубочком в кресле. Он попал в точку. Друзей у нее особо не было — в школе, куда ее перевела мама после развода, все были слишком умными индивидуалистами. В маленьких классах по десять человек будущие звезды науки с куда большим удовольствием общались с учителями, чем с ровесниками.

А в деревне она интересовала только парней, засматривавшихся на ее блондинистые кудри. Но и тех отпугивали сводные братцы. С кем бы она во все это играло? С ними?

Вот она и играет.

— В общем, дело так, — Никита закончил с унижениями и решил все-таки объяснить. — Каждому по очереди выпадает отвечать — правда или действие. Если выбираешь правду, ты должна честно ответить на вопрос, который тебе зададут. Действие — сделать то, что скажут.