Книга Незавидный холостяк, страница 132 – Ашира Хаан

— Кир… Кир… – Я пыталась что-то сказать, но рыдания каждый раз скручивали меня все сильнее. – Я не хочу без тебя! Не хочу расставаться! Пожалуйста! Кир!.. Скажи, что ничего не кончилось! Скажи! Ты уйдешь?

— Да не денусь я никуда! – рявкнул Кир, пытаясь удержать меня на ногах. – Опять твои штампы и ярлыки! Дурацкие ожидания! Ничего не изменилось – значит, что ничего не изменилось. Мы делаем что хотим. Хочешь – будем трахаться, хочешь – живи у меня. Или я буду жить у тебя, а ты меня каждый день кормить. Варвара! Ну чего на пустом месте рыдать-то?

— Не на пустом! – прохныкала я. – Ты ведь будешь на свои свидания ходить!

— Ну… – Он вздохнул и провел ладонью по волосам, приглаживая растрепанную медь. – Ну… буду.

— Аааааааааааа! – Я заревела в голос.

Наверное, на нас смотрели. Еще бы – такое шоу прямо в зале прилетов.

Но было почему-то абсолютно все равно.

Уже все – все – все равно.

— Ну хорошо, хорошо, не буду! – сдался Кир.

— Правда? – Я с надеждой подняла глаза. – Но ты же меня не любишь…

— Люблю, конечно, – твердо ответил он, и сердце, глупое сердце, екнуло от мгновенно пронзившей его надежды. Но он продолжил: – Как друга. Как Варвару.

— Но?.. – Сердце застучало… и ухнуло в пропасть.

— Но не как любимую женщину. – Кирилл вздохнул и прижался щекой к моей щеке. – Слушай. Давай поедем домой сейчас, ты ляжешь спать, а завтра уже не будет никаких трагедий. Отдохнули так отдохнули…

Отдохнули так отдохнули.

Невозмутимый таксист в черном костюме, при котором мне вдруг стало стыдно плакать, и я отворачивалась, утыкаясь в плечо Кира, чтобы он не видел моих опухших глаз.

Ледяной ветер кондиционера, от которого меня стала бить дрожь.

Лифт в отеле, где я тоже пряталась от людей за Кириллом.

Ванная в номере с противно теплой водой, пахнущей хлоркой. Я смывала соль слез со своей кожи и прислушивалась к тому, что происходило в комнате. Ничего криминального – Кирилл говорил по телефону, говорил про шоу, но я почему-то ждала, что он кому-нибудь пожалуется на меня.

Когда я вышла, кутаясь в халат, он выключил телефон, подошел ко мне и молча обнял. Поцеловал в макушку, тепло выдохнув в волосы и предложил:

— Пойдешь в кроватку? Ты не выспалась, перенервничала, перегрелась на солнце. Давай поспишь, ладно? Чаю тебе сделать?

— Нет… – Я помотала головой, обнимая его за пояс и вдыхая запах как в последний раз. – Не хочу чаю.

— Тогда просто пошли полежим. Пообнимаемся.

Я послушно последовала за ним. И легла, укрывшись пушистым одеялом, и прижалась спиной к твердой груди. Он гладил меня по плечу и покачивал, убаюкивая.

Потом, уже в полусне, я почувствовала, как он взял телефон и что-то там долго печатал. Потом говорил шепотом.

Потом осторожно выбрался, подложив вместо себя подушку и вышел в гостиную, где уже разговаривал в полный голос.

А потом дверь хлопнула, и в номере воцарилась та особая тишина, по которой точно знаешь – тут никого больше нет.

Вот тогда я открыла глаза.

Мне не хотелось спать. Мне хотелось побыть немного в руках Кирилла, прижаться к нему, слиться, забраться под кожу. Остаться с ним.

Но разве это возможно?

Он вернулся по делу и не может провести со мной весь день, чтобы дать акклиматизироваться после нашей «несуществующей» недели.

Я выбралась из постели.