Книга Наследник темной звезды. Том VII, страница 55 – Василий Груздев

Уму непостижимо! Тех, кто собирается биться с захватчиками насмерть, называют предателями, а те, кто торгует территориями Империи в обмен на собственную безопасность, на руках носят… Благо не все из них окончательно рехнулись, и многие выступили единым фронтом.

Однако сил этих было катастрофически мало. Даже собрав со всей Империи свободные эскадры аристократов, в лучшем случае войск хватит, чтобы остановить продвижение первой волны ксеносов. А в том, что за ней последует вторая, никто не сомневался.

Алекс задумчиво разглядывал расположившийся в центре стола тактический голоэкран. На нем можно было увидеть приблизительный состав союзного флота и разведанные силы противника. Щелкнув тумблерами, чтобы нанести корректировки, он выругался, не обнаружив нужного изображения. Какой же это примитив!

Сложная аналоговая система со сменными кристаллами-накопителями требовала ручной замены кристаллов для добавления новой информации. Как будто сотни голопроекторов объединили в один. Громоздко, неудобно, малоинформативно!

И тут же всплыли воспоминания о том, как с этим обстояли дела во времена Старой Империи. Вычислительные модули сами находили и извлекали нужные изображения из одного-единственного кристалла данных, а управление осуществлялось с помощью жестов.

В этом плане техника прошлого уже мало отличалась от оснащенных сателлитами СК, где ИИ, подчиняясь мысли, строил необходимые для пользователя интерфейсы, просто следуя его желаниям. Да что там, интерфейсы! Артефакторы Древней Империи создавали свои и модифицировали имеющиеся силовые костюмы!

Однако тысячелетия деградации под давлением Хранителя сделали свое дело — любой намек на автоматизацию встречался в штыки. А проверяющим органом, следящим за этим, было Имперское бюро по контролю технологий.

И главное — зачем? Не могли они не понимать, что делают, — намеренно вредили. А значит, получали нечто взамен от Хранителя. Информацию, технологии, особые ресурсы? Возможно, всё вместе. То, что позволяло на протяжении десятков веков оставаться у руля. И ценой этого было предательство собственного народа…

Неужели власть в моменте, та, что здесь и сейчас, важнее, чем благополучие собственных потомков? Почему забрать у соседа приоритетней, чем отвоевать у чужака? В его времена всё было иначе. Без интриг не обходилось никогда, но даже вольные лорды предпочитали скопить силы и нападать под хвост таркам, нежели затевать междоусобицу…

В последнее время подобные мысли посещали его всё чаще, намекая на внутренние изменения. В память Алекса вплетались воспоминания, которые не могли быть его воспоминаниями. Влияние Владыки росло. Идеалы древнего императора становились его идеалами, или же перерастали в нечто третье, не свойственное им обоим.

А вместе с этим незаметно для самого Бёрна менялось его мировосприятие. Некоторые вещи, казавшиеся элементарными, оказывались сложными и многогранными. И наоборот, то, что виделось необъятным, вдруг становилось проще пареной репы.

— А что, если мы подорвем звездные врата на их пути? — неожиданно задала вопрос Рамона, вызвав тем самым улыбки собравшихся.

— Это невозможно, девочка, — ответил за всех Соверен.

К Рамоне он теперь относился с опаской и уважением, и немного покровительственно. Не признавать её заслуги было глупо, а игнорировать возможности — недальновидно. Как признался он сам: «От такого инструмента я бы не отказался, слишком много возможностей он предоставляет».