Книга Связанные Неприятности, страница 102 – AnnKo

— На счет три…

Я приготовила пальцы. В голове уже вертелась схема «роспуска» этого магического плетения. Это было похоже на ремонт самого сложного свитера в мире, где вместо шерсти — чистая энергия, а вместо ошибки — смерть Короля.

— Раз… — Барни вытащил тяжелый клинок.

— Два… — Вальтазар и гвардейцы распределили цели.

— Три!

Глава 64.

Четверо офицеров у Иглы рухнули на мозаичный пол, как подкошенные — заклинания оцепенения нашей «Чертовой дюжины» сработали беззвучно и четко. В ту же секунду Барни сбросил капюшон невидимости, чтобы не мешал. В его руке тут же соткалось острое копье из чистой медной материи. Муж швырнул его на поражение, целясь точно в грудь Штерна, но герцог в последнее мгновение успел уклониться. Металлическое острие лишь со звоном вспороло дорогое сукно его бирюзового мундира, глубоко оцарапав плечо.

— Сорвался, — процедил Барни, сразу обнажая клинки.

Наш противник оскалился в высокомерной улыбке, перехватывая шпагу. Её сталь окутало ровное, до боли знакомое серебряное сияние — Штерн беззастенчиво подпитывал оружие прямо из моего украденного источника.

Барни атаковал молниеносно, подкрепляя каждый выпад несокрушимой мощью и концентрированной силой пробужденного Медного Источника. Фон дер Штерн хладнокровно, с ювелирной точностью парировал удары, пятясь к стене балкона. Когда мы сшиблись вплотную, муж железной хваткой перехватил запястье врага, и воздух между их лицами зазвенел.

Ситуация превратилась в настоящий кошмар. Медь Барни и серебро на клинке Штерна не пытались уничтожить друг друга — напротив, две родственные энергии Древних слепо стремились замкнуться в единый контур Ткацкого Станка. Наша магия Созидания и Воплощения рвалась к насильственному слиянию. Пространство между ними безумно коротило, петли магии лихорадочно переплетались прямо в воздухе, и Барни приходилось тратить колоссальные усилия, чтобы силой воли удерживать свой Источник и ломать это осквернённое Штерном плетение.

Я же, пригнувшись, проскользнула кИгле Искажения.

«Распустить. Это же так просто…» — билось в моей голове.

Я видела этот узел, эту петлю, где мое чистое серебро было искалечено фиолетовой магией. Мои пальцы коснулись пульсирующей нити. Где-то на периферии зрения Вальтазар и наши ребята сдерживали наемников, а в голове набатом стучал вопрос: «Где высшие демоны⁈ Почему замок защищает только горстка гвардейцев и мы, бывшие низы? Неужели аристократы Нижнего мира просто ждут, чья голова покатится по ступеням первой?»

Я ухватилась за петлю и резко, со всей ненавистью к миру налогов и интриг, дернула её на себя.

И вместо того чтобы рассыпаться, Игла Искажения издала торжествующий, визгливый звук. Моя магия Созидания стала последним элементом, которого не хватало Максимилиану, чтобы разрушить кровавую завесу Малахиаса. Я стала живым ключом.

Нас всех — меня, Барни, вцепившегося в горло герцога, и остатки отряда — втянуло в воронку.

Доля секунды абсолютной пустоты — и мы рухнули на холодный мраморТронного зала.

«Завеса Крови» была пройдена. Но не так, как мы хотели. Мы сами доставили врага в сердце цитадели.

— Наконец-то, — прохрипел Максимилиан, отшвыривая Барни в сторону и поднимаясь на ноги. Его лицо было забрызгано кровью, но глаза сияли торжеством. — Спасибо, Лизонька. Без тебя я бы еще час ковырял эту дверь.