Книга Связанные Неприятности, страница 21 – AnnKo

— Ого… — только и смогла выдохнуть я, любуясь своей кожей, которая теперь казалась благородно-фарфоровой на контрасте с этой космической тканью.

Но мой профессиональный триумф длился недолго. В лицо мне вдруг ударил резкий, нахальный и до неприличия мощный поток воздуха.

— Эй! — испуганно вскрикнула я, когда невесомое светящееся полотно предательски соскользнуло с моих плеч.

Шарф, не довязанный на добрую треть, внезапно взмыл в воздух, словно живой серебристый угорь, и, весело вильнув незакрытыми петлями, пулей удрал прямо в темное каминное жерло. Вместе со спицами!

— Сквозняк недоделанный! — я подскочила в кресле, напрочь позабыв про отсутствие туфель. — Ты что творишь, паразит⁈ Я же еще не закрыла ряд! Верни сейчас же, распустится же всё к чертям!

Наплевав на страх, я бросилась к очагу, заглядывая в темную, пахнущую старой сажей глубину дымохода. Но в ответ была гробовая тишина. Ни шороха, ни сопения. Только одинокая серая пылинка лениво опустилась на ржавую решетку камина.

— Эй! Шутник призрачный! Кому говорю! — я в сердцах со всей силы стукнула ладонью по каменной кладке. — Ладно шарф, подавись, носи недоделок! Но спицы! Хотя бы спицы верни, ворюга! Они же у меня одни такие!

К горлу подкатил горячий ком, я чуть не расплакалась от бессилия. В этом безумном мире, где у меня не осталось вообще ничего своего, эти две бамбуковые палочки из дома были моим последним психологическим якорем. Моей единственной связью с Москвой и прошлой жизнью. И этот наглый Ветер просто уволок их в свое логово!

Я стояла перед камином в своем новом, магически отреставрированном платье — босая, растрепанная, с пылающими щеками и страшно злая. Липкая паника окончательно отступила, полностью сгорев в праведном гневе мастера, у которого нагло сперли его главный рабочий инструмент.

И тут… глубоко сверху, из кирпичного дымохода, что-то звонко и весело звякнуло.

На кучу свежей сажи, аккурат к моим босым ногам, с тихим стуком выкатились две спицы. Совершенно чистые, гладкие, ни единого пятнышка копоти. А следом за ними, плавно покачиваясь в воздухе, упал пожелтевший от времени бумажный листок, отчетливо пахнущий сухой лавандой.

Я осторожно, затаив дыхание, подняла записку. Почерк был витиеватым, с изящными старомодными завитушками, которые могли принадлежать только очень начитанному человеку прошедшей эпохи.

«В спальне Леди на втором этаже невыносимо сквозит из окна. Сделайте с этим что-нибудь, Элизабет. Чай, к слову, был из личных запасов мажордома».

Глава 18.

Я хмыкнула, пряча записку в складки платья. Значит, уживемся. Мой Сквозняк вежливо предлагал подняться в спальню? Ну что ж, раз приглашают — отказываться от аудиенции просто невежливо.

Забрав спицы, я направилась к лестнице. Парадные ступени были высечены из тёмного, почти чёрного камня — холодного и зеркально-гладкого. Босые ступни неприятно обжигало этим могильным холодом.

«Так, план на ближайшее время: связать себе плотные шерстяные носочки, причём в самые кратчайшие сроки», — подумала я, плотнее кутаясь в своё новое, невероятно легкое платье. Мой голубой шифон при каждом шаге взлетал, как невесомое облако, а серебряные искорки на ткани вспыхивали в утренних лучах, заставляя меня чувствовать себя если не королевой, то как минимум эльфийской принцессой, сбежавшей с миланского подиума.