Онлайн книга «Герой империи. Битва за время»
|
— Есть мнение, – как бы сам для себя произнес Сталин, – переформировать бывшую Слоним-Ивацевичскую зафронтовую армейскую группу в 4-ю армию и назначить генерал-лейтенанта Болдина на должность ее командующего. Аналогично переформировать минскую зафронтовую группу в 13-ю армию, присвоив ей наименование «Ударная», назначив ее командующим генерал-майора Рокоссовского, которому следует присвоить очередное воинское звание «генерал-лейтенант»… На самом деле, проговаривая мысли вслух, вождь использовал дополнительные возможности планшета. По кодовому сочетанию слов «есть мнение», система начинает отслеживать произносимые слова, чтобы на их базе сформировать директивный документ («Приказ», «Указ», «Циркуляр» и т. д). Если не прозвучит формула отмены, то при возвращении Сталина в кабинет на рабочем столе его уже будет ждать готовый проект электронного документа, требующий только минимальных правок. Впрочем, вопрос с 4-й и 13-й армиями давно назрел. Оба этих формирования фактически прекратили свое существование. Четвертая армия подверглась разгрому в приграничных боях первых дней войны и неорганизованно, в виде набора нескольких отдельных групп военнослужащих, отступала на восток. Те группы военнослужащих, что двигались через Кобрин-Слуцк-Бобруйск, уже влились в зафронтовую армейскую группу генерала Болдина, а остальных, отступавших вдоль линии Кобрин-Пинск-Мозырь, еще предстояло организовать и поставить в строй. Что касается 13-й армии, то после того как Минск покинул штаб фронта во главе с генералом Павловым, эта армия, изначально предназначенная для обороны минского укрепрайона, просто «растворилась в воздухе». Штаб армии, утратив связь с вышестоящим командованием, самостоятельно начал перемещаться на восток, в свою очередь, утратив связь со штабами корпусов. Штабы корпусов, не получая руководящих указаний, в свою очередь тоже засобирались на восток, но тут в Минск прибыл Рокоссовский и застроил все местное начальство по стойке «смирно». Именно его организационный талант и харизма крупного полководца позволили превратить набор отдельных подразделений в спаянную боевую организацию, которую с полным правом можно будет именовать армией. Так что должность командующего армией и повышение в звании им вполне заслужены. Кстати, именно на армейскую группу Рокоссовского в Минске выходили из окружения не попавшие в сферу притяжения генерала Болдина ошметья разгромленной под Гродно 3-й армии. Был среди них и командующий армией генерал-лейтенант Кузнецов, которого тут же отправили в Москву рейсом имперского шаттла. Ничего личного, просто небольшая проверка, в том числе и в кабинете профориентации во время визита на дачу в Кунцево, и новое назначение командующим армии на другом участке фронта. Ведь генерал Кузнецов потерял армию, выполняя преступный приказ своего прямого начальства. В плюс ему пошло и то, что из окружения он выходил не один, а имея при себе около тысячи бойцов и командиров, приставших к штабу 3-й армии в ходе отступления из-под Гродно. В условиях тотальной утраты связи с вышестоящими и нижестоящими штабами ничего большего командующий 3-й армией сделать не мог. В то же время товарищу Сталину уже было известно, что не все советские генералы повели себя должным образом, попав в сложную ситуацию. Бывший командующий 10-й армией генерал-майор Голубев до сих пор числился бы пропавшим без вести, если бы его, в крестьянской одежде и без документов, не задержала егерская разведгруппа с «Полярного Лиса». Когда они узнали, что этот одичавший, испуганный человек еще недавно был одним из крупнейших советских военачальников, то их изумлению и возмущению не было предела. С большим трудом они сдержались от вполне оправданного желания прямо на месте свершить справедливый приговор над трусом и дезертиром, бросившим подчиненных, снявшим форму и ударившимся в бега с поля боя. Вместо этого они прервали выполнение задания и доставили задержанного в особый отдел армейской группы. А там и не таких деятелей раскалывали. Правда, генералы им еще не попадались. |