Книга Герой империи. Битва за время, страница 104 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Когда раскатанный с небес бомбовый ковер достиг земли, по ней побежала сплошная полоса мелких осколочных разрывов. Свист падающих бомб, частые яркие вспышки, облака дыма и пыли в неверном лунном свете, разбегающиеся во все стороны темные фигурки дейчей… Но мне некогда было любоваться на все эти красоты; включив генератор защитного поля на полную мощность и переведя подсветку забрала шлема в режим ночного зрения, я во весь рост поднялась из окопа с криком: «Во славу Империи, за Родину, за Сталина – вперед!» и вслед за мной в атаку поднялись другие бойцыцы штурмовой пехоты, мои боевые подруги, почти что сестры. А вслед за нами, уставив вперед щетину штыков, густо полезли местные солдаты, которым только дай дорваться до живого дейча, чтобы пощекотать его штыком в пузо. И я их понимаю – слишком уж они натерпелись от этих маньяков, возомнивших себя чуть ли не любимыми детьми Великого Духа Вселенной. Неправда, это мы Его любимые дети!

А навстречу атакующим, недружно и вразнобой, но почти сразу ударили винтовки и пулеметы дейчей. Вот чего у них не отнять – что солдаты они хорошие и службу знают. Те, кто остались живы в укрытиях и не попали под прямой удар, тут же принялись оказывать нам ожесточенное сопротивление. Конечно, многие погибли, а другие были ранены. Зато все те, кто сохранил боеспособность, сразу принялись стрелять в атакующих из всех видов оружия. Испуганный дейч дерется как крыса, загнанная в угол, и это мы уже знаем. Но весть этот обстрел почти не приносил вреда ни местным бойцам, ни тем более нам, бойцыцам штурмовой пехоты. Дело в том, что мы шли впереди общего строя, принимая вражеские пули на свои защитные поля, и они по большей части вязли в них как мухи в патоке. Для дейчей ситуация осложнялась тем, что пулеметы, которые они установили, чтобы вести по атакующим фланкирующий огонь – и те оказались полностью нейтрализованы^[48] нашими персональными защитными полями. В то же время в лоб, где можно было нащупать прорехи в защите^[49], стреляли только немногочисленные винтовки, владельцы которых, не имея приборов ночного видения, в неверном лунном свете не очень хорошо видели атакующую цепь. Винтовка – это не пулемет, заградительный огонь «примерно в направлении цели» из нее малоэффективен, и стрельбу из нее требуется вести прицельно, наблюдая на мушке того, кого хочешь убить.

Видимо, по этой причине откуда-то из глубины вражеских позиций стали взлетать осветительные ракеты; наши бойцыцы тут же влет начали сбивать их из лазерных скорострелок. Темное небо расчертили яркие зеленоватые трассы лазеров и изляпали засвечивающие все вокруг ярчайшие бело-голубые вспышки взорвавшихся в результате метких попаданий осветительных ракет. Чуть позже с рубежа второй линии траншей по нашей цепи ударили вражеские мелкокалиберные противотанковые пушки. Наверное, таким образом дейчи надеялись преодолеть нашу защиту. Но ничего у них не вышло. В лоб бойцыцу такой мелочью не взять, защитное поле способно отразить угрозу и посерьезней; да и по размерам мы далеко не танки, хотя и массивнее большинства людей. Однако гордитесь, девочки – дейчи приравняли вас к танкам! Впрочем, терпеть такой обстрел, несмотря на его безвредность, мы не собирались, поэтому проявившие себя орудия расчеты тяжелых лазерных ружей подавили несколькими точными выстрелами, после чего истребители в свою очередь зашли в атаку и сбросили бомбы куда-то за лесок – там полыхнуло несколько мощных вспышек, и следом занялся сильный пожар.