Книга Жаркая осень в Акадии, страница 73 – Александр Харников, Максим Дынин

Крикнул: «Иду!» и, дождавшись ответа Мастера: «Держим!», пулей метнулся назад, под укрытие редана. Потянулись минуты ожидания, разбавляемые частой и не всегда точной стрельбой.

Через пять с небольшим минут раздался взрыв, и все, защитники и нападающие, увидели, как одну из створок сорвало с верхней петли, и она наполовину завалилась во внутренний двор форта. Раздался единый слитный вопль – яростный и отчаянный защитников, и восторженный и торжествующий – осаждавших.

— Вперед! – заорал Хас. – Вперед! Или вы хотите жить вечно?!

Следопыты небольшими группами, прикрывая друг друга, рванули по направлению к раскупоренным воротам и тут же начали растекаться по бастионам, выдавливая англичан из люнетов. Закипели ожесточенные рукопашные схватки.

Через полтора часа все было кончено. Люди Хаса контролировали все люнеты – по факту, господствующие вершины. Выжившие англичане укрылись в зданиях внутри форта.

— Ну вот и все, – сплюнул на землю Хас, куском материи вытирая окровавленное лезвие томагавка, – теперь можно предлагать им почетную и безоговорочную капитуляцию. Отсюда мы их рано или поздно перестреляем, как куропаток. У них нет ни выхода, ни выбора…

ИНТЕРЛЮДИЯ

20… год. Одна из арабских республик

Капитан-лейтенант Хасим Хасханов, позывной «Самум»

Хас проснулся от того, что его осторожно трясли за ногу. Он откинул полу спальника, рывком сел и посмотрел на Гудвина.

— Началось, – тихонько сказал Вова. – «Душки» покатили в нашу сторону.

Хас быстро выпростал тело из спальника, сунул ноги в ботинки, быстро надел пояс с плитником, подхватил автомат и быстрым шагом пошёл к позиции. Тоха уже находился там и наблюдал за «душками» в тепловизионный прибор. Группа споро занимала места согласно определенной заранее диспозиции. Расчеты «тяжелого» приводили свои стволы в готовность, проверяли работу оптики.

— Ну что там? – спросил Самум у Антохи. Леший подвинулся, давая ему место, и Хас приник к окуляру прибора. Четыре пикапа тихонько, с выключенными фарами, катили по направлению к их блоку. За ними, держа дистанцию метров в двести, шло параллельно ещё две колонны машин. Хас быстро достал из подсумка телефон, набрал номер. Дождался, пока на том конце довольно бодрый мужской голос скажет «алло».

— Коробочка, это Бродяги. Не спите?

— Не, дежурим. Тоже проинструктировали по поводу этого наступления.

— А, хорошо. Потому что оно уже началось.

На том конце провода оживились:

— Вот как! А много наступает?

— Нормально. Тремя колоннами идут. Я так понимаю, одна нас прижмёт, пока две другие к трассе прорываться будут.

— Добро. Ну, мы готовы. Сориентируйте – и мы отработаем.

— Добро.

Когда до ближайшей колонны оставалось уже четыреста с небольшим метров, Хас опять вышел на танкиста:

— Коробочка, это Бродяги. Четыре пикапа в секторе с десяти до двух. Двигаются слева направо.

— Принял тебя, Бродяга, работаем.

Через полминуты слева сзади раздался выстрел танковой пушки. Затем с интервалом в восемь секунд ещё три.

— Ого! – сказал Антоха, поднимаясь от прибора, в который наблюдал за движением противника. Хас и сам видел четыре костерка на месте первой колонны. Оставшиеся две колонны «духов», пометавшись по пустыне, повернули назад. Хас опять набрал номер:

— Коробочка, это Бродяга. Противник в секторе от трёх до двенадцати, сейчас будет в секторе от часа до одиннадцати. Дистанция семьсот, двигаются справа налево.