Онлайн книга «Жаркая осень в Акадии»
|
— Работаем, – прохрипел динамик телефона. Хас в «тепляк»[83] автомата наблюдал за колонной противника из шести машин, которая стремительно пыталась убраться в исходное. Вдруг опять бахнула танковая пушка, а потом ещё дважды. Хас с удовлетворением отметил ещё три костерка и стремительно улепётывающую голову колонны противника. И поразился искусству танкистов… На следующее утро он на «Тигре» катил в гости к танкистам. С собой у него были кофе, шоколадки, которые они привезли с родины, и прочие ништяки, которые удалось собрать с группы. Подрулив к танку, он опять увидел сержанта, сидящего на броне. — Держи, братан, – сказал Хас, протягивая ему пакет с ништяками. – Выручили вы нас. Даже до стрельбы не дошло. — Ого! Спасибо! – сказал танкист, заглядывая в пакет. – У нас как раз свои шоколадки кончились. А эти родные… — Как вы умудрились с ходу так отработать? – спросил Хас. – Я думал, такое только в фильме возможно… — Так мы «спортивный» экипаж, – ответил танкист. И, видя недоуменное лицо Самума, пояснил: – Третье место на танковом биатлоне. Из ЦВО[84] мы… 3 ноября 1755 года. Форт Босежур Капитан Максим Носов, позывной «Дарт» Макс мотался как электровеник, пытаясь оказать помощь всем нуждающимся. Как и предполагал Хас, англичане задрали лапки кверху – как из-за своего незавидного положения, так и от отсутствия привычки сражаться до последнего. Хотя когда-то и они это умели делать. Хас пообещал сохранить всем жизнь, а офицерам личное оружие под честное слово джентльмена, что уже было немало. Потери участников взятия форта, однако, впечатляли. Больше всего досталось шотландцам. Их сотня приняла основной удар на себя. У акадцев и индейцев потери оказались на порядок меньше. Да и дрогнули ополченцы, когда дело дошло до рукопашной, особенно когда увидели индейцев. И вообще, все это разномастное воинство, причудливо объединяющее шотландцев, акадцев и индейцев, внушало какой-то непонятный ужас. У шотландцев было порядка шестнадцати убитых и почти в полтора раза больше раненых. У акадцев – шесть убитых и до десяти раненых, плюс люди с различными ушибами, которые изображали «убитых» французских драгун, рухнувших на землю с коней после залпа «британской» пехоты. Хас просил сыграть как можно натуральнее, и парни постарались от души. Итог: ушибы, вывихи, гематомы…. Но до свадьбы заживет, как пошутил Леня. У индейцев – четверо убитых во время рукопашной схватки и восемь раненых от огня ополченцев. С учетом того, что подкрепления взять было просто негде – потери удручающие. Все убитые – микмаки, а один из раненых – подросток-сасквеханнок, с которым Макс прошёл весь нелёгкий путь от деревни Аткваначуке на реке Джуниатте и битвы с Джорджем Вашингтоном и его людьми…[85] Но для грусти времени не было – Макс еле успевал перемещаться от одного пациента к другому. К тому же Самум дал команду помочь ещё и раненым англичанам. С одной стороны, Макс был не против. Как говорил Гиппократ: война – лучшая школа для полевого хирурга. С другой же – они враги, как ни крути. Любой бритт, поставленный в строй, – потенциальный враг, который в будущем наверняка опять обнажит орудие против них. Однако приказ есть приказ. Вот и мельтешил Дарт, забыв про еду и сон… 3 ноября 1755 года. Берлин, дворец Сан-Суси |