Книга Жаркая осень в Акадии, страница 91 – Александр Харников, Максим Дынин

Так что к пятнадцати годам Генрих стал весьма уважаемым среди петербургских жуликов специалистом своего дела. Его брали в помощь самые известные воры Петербурга. Поговаривали, что он даже имел дело со знаменитым московским вором Ванькой Каином, только это было мало похоже на правду.

Кончилось же все так, как и должно было кончиться. Генриха поймали сыщики генерал-полицмейстера Василия Салтыкова. И отведать бы воришке кнута, да дружки его подкупили караульных и организовали парню побег из каталажки. Генрих Краузе понял, что в России ему теперь будет очень неуютно, и подался за границу. Он добрался до вольного города Гамбурга. Там всегда хватало людей, которые жили на деньги, добытые преступным путем.

В Гамбурге Краузе познакомился с местными контрабандистами, выучил французский и английский языки и занялся коммерцией. По чужим сундукам он теперь не лазил, а вот проворачивать рискованные финансовые операции, которые в случае удачи приносили ему немалую прибыль, Генрих умел довольно неплохо.

Коммерсант, который по роду своей деятельности путешествует по разным странам и заводит там полезные знакомства – это лучшее прикрытие для шпиона. Один из моих агентов рассказал мне о Краузе. Одиссея моего земляка – а я ведь тоже появился на свет в России – заинтересовала меня. Мне организовали с ним встречу в одном из гамбургских кабачков, где я познакомился с Генрихом лично и составил о нем самое благоприятное впечатление.

Он признался мне, что жизнь жулика, которая рано или поздно закончится каторгой, а то и виселицей, уже изрядно ему поднадоела.

— Поймите, мой друг, – задумчиво произнес Краузе. – С годами человеку хочется покоя. Хочется завести семью, иметь крышу над головой. Я хотел бы начать свое дело, заняться торговлей. Только время сейчас неспокойное, и в любой момент мой корабль с товарами может захватить капер, объявивший, что я везу контрабанду. И тогда все мое добро вместе с кораблем будет конфисковано по решению призового суда, который не прислушается к моим доводам, потому что сами судьи имеют немалую долю с продажи незаконно захваченного имущества.

— А не хотели бы вы оказывать небольшие услуги Прусскому королевству? – спросил я. – О, это совсем безопасно. Зато за добытую вами информацию вы могли бы получать хорошие деньги. Риска в такой работе почти и нет – ведь о том, что вы послали весточку в Берлин на имя некоего Пауля Гофмана, никто и знать не будет.

— Гм, – Краузе задумчиво почесал подбородок, – а почему бы и нет? Я готов даже и рискнуть, если мне хорошо за это заплатят.

Так Генрих начал работать на нашего короля. Все были довольны – Фридрих с большим интересом изучал полученную от Краузе информацию о состоянии дел в государствах, с которыми граничила Пруссия. А мой агент благодарил нашего доброго короля за деньги, которые регулярно и своевременно доставлял ему наш доверенный человек.

Я вспомнил, что Краузе как-то раз в разговоре упомянул Квебек. Дескать, по каким-то там своим делам ему довелось однажды раз побывать в тех краях, где он провернул хороший гешефт, сумев приобрести там партию бобровых шкурок. Почему бы Генриху еще разок не сплавать в те края?

Риск в таком путешествии, конечно, был. Боевые действия между англичанами и французами шли уже не только на суше, но и на море. Но воюющие стороны до поры до времени старались не трогать торговые корабли нейтральных государств. Пасьянс, в котором четко и ясно определились бы участники будущей войны, еще окончательно не сложился. Потому-то купеческий корабль под флагом Швеции или того же Гамбурга имел шансы благополучно добраться до берегов Нового Света. А там Генрих, который знал несколько языков и был парнем не промах, мог объехать все крупные города Квебека и найти в одном из них Михеля Крамера. Или русских, с которыми он, хорошо знающий их язык, сумел бы познакомиться поближе.