Онлайн книга «Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила»
|
— Не может быть, – воскликнул он, содрогнувшись от услышанного. – Каждый четвертый! Так ведь это миллионы людей! — Да, Михаил Игнатьевич, каждый четвертый, – угрюмо подтвердил слова Тамбовцева поручик Бесоев, давно уже прислушивающийся к нашему разговору. – Даже до моей Осетии дошли немцы. Есть такое место у нас – Майрамадаг. Немцы рвались к Владикавказу, и на пути их в узком горном проходе Гизель встали курсанты, по-вашему – гардемарины, военно-морских училищ. Почти все они погибли, но немцы и румыны не прошли. Среди погибших под Майрамадагом были и мои родственники. — Михаил Игнатьевич, – обратился ко мне капитан Тамбовцев, – чтобы понять нас и наши поступки, вы должны знать, что память о той Великой войне живет в каждом из нас. Это самое святое, что у нас осталось в жизни. Неожиданно Нина Викторовна осмотрела нас всех пронзительно трезвым взглядом и четко сказала: — А корешки-то всего этого ужаса, господа-товарищи, здесь и сейчас, в Лондоне. Или мы их того… или всё начнется сначала! — Правильно, – поддержал ее Александр Васильевич. – Этих упырей успокоит только осиновый кол. И пусть этой войны, как мы надеемся, и не будет в вашей истории, но мы всё равно будем о ней помнить и сделаем всё, чтобы ничего подобного не произошло. А пока, Николай Арсеньевич, налейте-ка еще по одной. Весь вечер наши гости из будущего вспоминали своих родных, свой дом, пели песни, от которых у меня порой подступал комок к горлу. Как можно было без слез слушать «Темную ночь…», «Враги сожгли родную хату…», «С берез неслышен, невесом слетает желтый лист…»! Особенно запомнилась мне бравая, с маршевым ритмом песня об артиллеристах, которым дал приказ Сталин. Мне показалось, что исполняя ее, гости из будущего посматривали на меня с улыбкой и каким-то вызовом. Всё пояснил Александр Васильевич, который, наклонившись к моему уху, сказал: — Уважаемый Михаил Игнатьевич, около месяца назад ссыльнопоселенец Иосиф Джугашвили бежал из места отбывания ссылки – села Нижняя Уда Балаганского уезда Иркутской губернии. Если бы мы выехали чуть раньше, мы могли бы встретиться с ним в пути. Этот ссыльнопоселенец и есть тот самый Сталин, о котором говорится в этой песне. Будущий глава Красной империи и Верховный Главнокомандующий в той войне. Я надеюсь, что в самое ближайшее время мы встретимся с ним, естественно, с помощью ваших коллег, Михаил Игнатьевич. Нам будет о чем с ним поговорить… Увидев недоумение в моих глазах, Нина Викторовна добавила: — Несмотря на то что шакалы от истории натаскали на его могилу кучи мусора, память народная о нем сохранилась и живет. Своими делами Иосиф Джугашвили-Сталин доказал, что он не против России, а против тех, для кого Россия – «охапка хвороста, брошенная в костер революции», или кормушка, из которой можно вкусно жрать, а потом туда же и гадить. На приеме в Кремле в честь командующих войсками Красной Армии 24 сентября 1945 года Сталин сказал: «Я хотел бы поднять тост за здоровье нашего советского народа, и прежде всего – русского народа. Я пью прежде всего за здоровье русского народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза». Сталину удалось сделать то, что весь мир считал невозможным. У нас такая же задача, только ее надо выполнить на четверть века раньше. Я думаю, мы сумеем договориться, и такой боец в наших рядах не помешает. Вот узнаете его лично и сами всё поймете – воистину великий человек. |