Книга Бремя русских, страница 82 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Николай, спасибо вам за то, что вы приоткрыли завесу тайны и рассказали о том, что произошло в вашем прошлом. Я еще подумаю над тем, что я сегодня узнала. Обещаю, что я приложу все силы, чтобы подобного в моей семье не произошло.

Еще раз благодарю вас за то, что вы от меня ничего не скрыли и честно рассказали все. Сейчас мы пойдем, найдем Энн и моих крошек, и вы проводите нас до дворца. А потом будет все, как я вам обещала. Лишь только дети лягут спать, я отпущу ее к вам на пару часов. А завтра или послезавтра мы еще раз обязательно снова обо всем поговорим.

7 октября (25 сентября) 1877 года. Джорджтаун, дом сенатора Джорджа Фрисби Хоара. Сенаторы Джордж Фрисби Хоар, Джон Паттерсон, Джон Камерон, Амброуз Бёрнсайд

— Колин, – сказал сенатор своему дворецкому, – ты поставил в курительную две бутылки портвейна, бутылку кентуккийского виски и бутылку джина, а также четыре бутылки содовой, как я говорил? Ты принес сигары? Нет, не эти, это кубинские. Убери их и принеси доминиканские, они подешевле, а этим гостям все равно, что курить. Спасибо, Колин. Когда гости придут, отведи их в курительную и занимайся своими делами, пока они не уйдут, больше ты мне не понадобишься.

Колин Макнил был дворецким во втором поколении. Его дед прибыл в Массачусетс еще в начале века, когда его согнали с земли в Шотландии, на которой его предки жили с незапамятных времен. Дед осел в Бостоне, и отец Колина, последний из многочисленных детей, поступил в услужение к отцу Джорджа и за считаные годы сделал головокружительную карьеру, превратившись из мальчишки-полотера в важного дворецкого.

Колин же всему учился у отца и стал дворецким, каких поискать – импозантный, когда это требовалось, незаметный в оставшееся время, – но все, что нужно было сделать, делалось правильно и вовремя. И когда Джордж стал сенатором, он взял Колина с собой в Вашингтон. Именно Колин нашел этот особняк в старейшей части Вашингтона – в Джорджтауне; знал, каналья, что хозяину это понравится больше, чем безвкусные дома недавно разбогатевших выскочек, которые сейчас в моде среди сенаторов и конгрессменов.

Именно Колин, досконально знающий вкусы хозяина, руководил ремонтом и декорацией дома, и когда Джордж Фрисби Хоар въехал в свое новое владение, все было устроено именно так, как бы он сам бы этого пожелал.

Вот и теперь Джордж уселся на своем любимом кресле – нет, ноги на стол он не положил, он не нувориш свежеиспеченный какой-нибудь, еще пахнущий потом и навозом.

Ожидание было недолгим. Прошло пять минут и вошли гости – сенатор Паттерсон из Южной Каролины, а на самом деле из Пенсильвании, – но сколотивший свое состояние в Реконструкцию на строительстве железных дорог, сенатор Камерон, тоже из Пенсильвании, который при Гранте служил военным секретарем, и сенатор Бёрнсайд, такой же янки, как и сам Джордж, только из Род-Айленда.

Сенатор Паттерсон, хоть и был по происхождению самым настоящим плебеем, но выглядел этаким английским аристократом, с благородными седыми волосами и величественной осанкой.

Сенатор Камерон больше всего напоминал крысу – но крысу не простую, а готовую в любой момент прыгнуть и вцепиться в горло. Сенатором он стал в начале этого года, когда его отец подал в отставку, предварительно договорившись, что сын займет его место.