Книга По следам Александра Великого, страница 126 – Александр Харников

Женя Вюртембергский – так запросто именовали герцога наши ребята – генерала получил авансом от своего родственника, императора Павла Петровича. Правда, в нашей истории он навоевался от души, сражался с французами и турками, за что портрет его по праву красуется в знаменитой «Галерее 1812 года» в Зимнем дворце. Кстати, портрет Дениса Давыдова, который прославился не только своими стихами, но и подвигами во время войны с Наполеоном, тоже висит в том же зале.

Сейчас же эта троица прилежно проходила обучение в нашем центре подготовки, готовясь к грядущим сражениям. По расчетам нашего «мудрейшего из наимудрейших» Василия Васильевича Патрикеева, из них могут со временем получиться хорошие партизанские командиры. Где, когда и с кем им придется воевать, я пока не решил. Для начала, по совету Коли Баринова, я решил дать возможность всем троим показать свои боевые навыки на грядущей войне со шведами. То, что она вот-вот должна начаться, меня предупредил Патрикеев. Он же рассказал мне, что на этой войне нашим войскам придется столкнуться с горячими финскими парнями, которые за сто с лишним лет до «Зимней» войны будут нападать на наши тылы и коммуникации.

— Игорь, – сказал он мне, – если поначалу наши дела в Финляндии шли удачно – мы заняли Або и Свеаборг, то потом не только на Аландских островах и острове Готланд, населенных шведами, но и собственно в Финляндии нас ждали крупные неприятности, изрядно затянувшие ход боевых действий. Ведь поначалу финны не оказывали нашим войскам значительного сопротивления. Но вскоре шведы сделали все, чтобы разжечь среди финского населения русофобские настроения. По указу короля Густава были напечатаны прокламации, в которых тот призывал своих подданных выступить в защиту «истинной веры». Напомню, что шведы и финны большей частью лютеране. Король запугивал финских крестьян тем, что русский царь якобы спит и видит, как превратить их в крепостных. Как бы то ни было, но вскоре сопротивление финских партизан стало всерьез влиять на ход боевых действий. Магазины и транспорты русской армии стали подвергаться нападениям. Партизаны постоянно отбивали транспорты с провизией у русских солдат, поэтому голод был непреодолимым препятствием в Саволаксе и Карелии. Финны жгли мосты, перекапывали дороги, заваливали их деревьями, что служило препятствием в продвижении русской армии на север.

Основными участниками партизанского движения были финские крестьяне, которые руководимы пасторами и офицерами шведской армии. Многие партизанские отряды получили выучку и организацию, благодаря деятельности отпущенных финских солдат, сдавшихся в Свеаборге. Спад же в партизанской войне в Финляндии наступил после сражения при Оровайсе в августе 1808 года. Наши победы все более и более усмиряли народные волнения. Исчезновению всякого сопротивления способствовало и то, что крестьяне были разорены войной. Дома, как во всей береговой Остерботнии, были хорошие и крестьяне зажиточные, хотя и полуразоренные войною, не грабежом, но реквизициями, то есть безденежными поставками провианта и фуража для шведов и русских.

— Все это хорошо, Василий Васильевич, – согласился я. – Но наши подопечные будут делать в Финляндии то, чем им самим, возможно, придется заниматься в ближайшее время в других странах. И я примерно догадываюсь, где именно.