Книга По следам Александра Великого, страница 87 – Александр Харников

Из Астрахани я отправился в Петербург с докладом о положении дел на Каспии. Опять стучали копыта курьерской тройки, опять под дугой звенел колокольчик, а по обочинам российских трактов мелькали поля и села. Я торопливо глотал еду в придорожных трактирах и на постоялых дворах, ожидая, пока мне сменят лошадей или починят упряжь.

Я мчался не только для того, чтобы побыстрее справить государеву службу, но и для того, чтобы наконец увидеть свою любимую Дарью – девушку из будущего. Я очень по ней скучал. Надолго разлучившись с ней, я понял, что не могу жить без нее. Правда, буду ли просить руки Дарьюшки у ее отца, уважаемого Алексея Алексеевича, я пока не решил. Боязно как-то. Да и, похоже, что скоро начнется большой поход русского войска против англичан, в котором я непременно должен буду участвовать.

В том, что такой поход состоится, я уже не сомневался. Государь окончательно решил наказать подлых островитян за все их гнусные дела. К тому же вместе с нами на юг двинутся французские полки. Об этом было решено на встрече нашего канцлера графа Ростопчина с Первым консулом в Кёнигсберге. Отправится ли сам Наполеон Бонапарт в этот поход, пока не известно. Не исключено, что и отправится – уж больно неугомонным был этот корсиканец. Во всяком случае, таковым он мне показался, когда я увидел его в Пруссии.

Из записочек моей ненаглядной Дарьи, которые я получал в Астрахани, мне стало известно, что и в Петербурге вовсю уже идет подготовка к походу. Даша тоже помогала нашим солдатам готовиться к нему. Она обучала горных егерей – так теперь стали называть солдат, которые должны были воевать с неприятелем в горах – карабкаться по скалам, уметь находить безопасные пути для передвижения по горным кручам, словом, воевать там, где им раньше не приходилось этого делать.

Моя любимая нигде не терялась. Если нужно, то плавала, как рыба, скакала по скалам, как горная козочка, или дралась, как разъяренная пантера. Повезло мне с невестой. Только справлюсь ли я с такой амазонкой? Нет-нет да охватывает меня робость – не придется ли мне, подобно Гераклу при дворе лидийской царицы Омфалы, исполнять роль ее служанки, облачившись в женскую одежду?

Нет-нет, моя Дарья не такая. Она совсем другая – добрая и ласковая девушка. И я буду ее любить, впрочем, помня, что в случае измены она меня строго накажет. Но надеюсь, что такого не случится…

Чтобы отвлечься от дурных мыслей, я доставал бумаги, которые вез в Петербург, и еще раз тщательно их изучал. Надо сказать, что в отдаленной на две тысячи верст территории творились порой весьма странные дела. В степях, прилегающих к Астрахани, шалили кубанские татары, и потому путешествовать там было небезопасно. Но русские негоцианты были людьми не робкого десятка и, хорошенько вооружившись, везли в Астрахань свои товары, чтобы продать их с выгодой восточным купцам.

До начала смуты, которой была охвачена Персия после убийства Ага Мохаммеда – первого шаха из династии Каджаров, – из Астрахани шли караваны судов в порты персидских провинций Астрабад, Мазандеран, Гилянь. На каспийском побережье города Дербент, Баку, Куба и Шемаха были главными транзитными пунктами в торговле с Европой, Индией и Кавказом. Еще один транзитный путь шел от берегов Черного моря в Грузию, а затем к Кубе, Шемахе, Баку или Гяндже, Ленкорани и далее в Персию. Другой дорогой был Аракс, центрами переправы через который были Нахичевань и Джульфа. Существовал и торговый путь до Тбилиси через Шемаху или Ленкорань к Джаваду, Шуше и далее на Гянджу с Тифлисом.