Книга По следам Александра Великого, страница 95 – Александр Харников

24 сентября 1801 года. Атлантический океан, борт корабля «Сноу Дженни». Джон О‘Нил. Или все-таки Джулиан Керриган?

Наконец-то вновь можно было спокойно посидеть на палубе. Для пассажиров первого класса там была поставлена скамейка, на которой разрешалось сидеть при хорошей погоде. Что я и делал первые два дня путешествия, наблюдая за работой команды и размышляя о том, как же приятно быть пассажиром. Ни тебе лезть по вантам, ни драить палубу, ни ставить и убирать паруса… Да и кормили за капитанским столом не в пример лучше.

А потом, как нередко бывает в это время года, на нас налетел ураган. Да, конечно, он был намного слабее, чем в более южных широтах, но представьте себе – вы находитесь на небольшом суденышке, которое швыряет по огромным волнам, и почти все пассажиры лежат в лежку. Я предложил капитану Адамсу свою помощь – все-таки опыт у меня был, но тот лишь покачал головой:

— Лучше всего, если вы не будете нам мешать.

И он побежал дальше. Зато вчера, когда шторм начал утихать, он налил мне за капитанским столом – в тот день я был единственным пассажиром, который пришел на ужин – стаканчик весьма неплохого шотландского виски и сказал:

— Простите меня, мистер О‘Нил, что я был с вами так груб. Просто у меня каждый знает свое место, и даже опытный моряк – а по вам видно, что вы сами ходили по морю, и не раз – не зная нашего распорядка, мог бы нам скорее помешать, чем помочь. Но я вам благодарен. Знаете, пассажир предложил мне помощь впервые, тем более пассажир первого класса. Впрочем, вы единственный, кто перенес ураган на ногах – другие все не выходили из своих кают, а потом моим людям пришлось их драить…

— Ну, кое-какой опыт в этих водах у меня имеется. В том числе и при ураганах. А они чаще всего случаются именно в сентябре или самом начале октября.

Адамс лишь слабо улыбнулся:

— Именно поэтому я предпочитаю возвращаться в Эдинбург не позднее августа, но в этом году пришлось задержаться.

— А я и не жалуюсь. Иначе я, возможно, вообще бы никого не нашел.

И это было действительно так. Вообще-то проще всего было уйти из Балтимора – из Вашингтона он всего лишь в дне езды из Вашингтона, ну еще пару дней, чтобы договориться с кем-нибудь из капитанов, еще максимум два-три дня до отплытия, и я в море. Но я решил, что если Иван сам поедет в Бостон, пусть с бумагой от моего имени, ему вполне могут дать от ворот поворот и на верфи Джонсона, и у капитана Мерривезера, который пообещал найти для наших клипперов команды. Просто мы ранее договорились, что я с ними буду иметь дело лично. Поэтому лучше всего будет, если мы поедем туда вместе, и я его представлю Джонсону и Мерривезеру.

Кроме того, я решил еще раз попробовать найти покупателя для чая Ричарда Твайнинга. Вообще-то я больше всего надеялся на Вашингтон, ведь там теперь по нескольку месяцев в году обитали «слуги народа». Но Бенсон мне лишь сказал, что он не специалист и помочь мне не может. Я зашел в пару лавок и у Капитолия, и в близлежащем Джорджтауне^[58] у порта, но и там, и там мне разъяснили, что никто дорогой чай покупать бы не стал – у большинства из этих самых «слуг народа» весьма плебейский вкус. А то, что в этих лавках было, качеством не блистало – зато цены они ломили больше, нежели где-либо. Впрочем, в этом округе все было запредельно дорого.