Книга Операция «Гроза плюс», страница 154 – Александр Борисович Михайловский

Утро ударило нас, как обухом по голове. Выйдя из палатки, я не поверил своим глазам — на соседнем флагштоке, рядом с флагом СССР, как будто так и надо, развевался белогвардейский сине-бело-красный триколор. На территории аэродрома находились, как командиры РККА, в том числе и старшие, так и самые настоящие белые офицеры с погонами на плечах.

Из ступора меня и моих товарищей вывел окрик сержанта, который, как оказалось, был назначенного к нам в «дядьки», — Эй, лейтенанты, что глазеете, давайте мыться, бриться, и на бегом построение, — я почувствовал себя так, как будто вернулись времена летной школы, и схватив мыльно-рыльные принадлежности, побежал со всех ног к умывальникам, возле которых уже толпился народ.

После умывания сержант повел нас не на построение, а на завтрак в полевую столовую, временно разместившуюся под навесом. На всю жизнь запомнился вкус натурального кофе, который разливала в кружки дебелая раздатчица в белом халате. А вот сливочное масло, щедро намазанное на толстый кусок хорошего белого хлеба, мне не понравилось. Какое-то оно было не такое. Ну, и конечно, вездесущая в армии утренняя овсянка — куда от нее деться. Потом, как-то разговорившись, наш дядька-сержант сказал, что овсянку на завтрак трескали еще римские легионеры, и ничего — побеждали всех подряд.

А вот после завтрака началось построение, и перед нами — полутора сотнями летчиков, штурманов и стрелков — выступил генерал-майор авиации Георгий Нефедович Захаров, коротко и без преамбул изложив текущее положение вещей.

Вот тут-то мы и обалдели по-настоящему. Оказывается, мы находимся в глубоком прошлом, за шестьдесят две с половиной тысячи лет до начала нашей эры, на тренировочной авиабазе Ставрополь-65. Присутствующие здесь люди в погонах — никакие не белогвардейцы, а наши потомки, предупредившие товарища Сталина о том, что на будущий год фашистская Германия, вероломно нарушив Пакт о Ненападении, вторгнется в нашу страну, и начнет самую ужасную в нашей истории войну.

Товарищ генерал-майор сказал, что именно здесь, в далеком прошлом, вдали от немецких, английских и американских шпионов, будет выкован меч, который отразит вторжение немцев и повернет его вспять. Здесь не только летчики, но и танкисты, артиллеристы, пехота и кавалерия. Родина даст нам самое лучшее в мире оружие, а мы, за оставшееся до начала войны время, должны научиться пользоваться им в совершенстве, чтобы из желторотых птенцов превратиться в грозных сталинских соколов, наводящих ужас на врага.

При этих словах генерала раздался оглушительный гром, и со взлетной полосы находящейся по ту сторону штаба в небо поднялся странный самолет без винтов, с откинутыми назад крыльями. И тут я окончательно поверил в слова генерала, и понял, что старая жизнь осталась безвозвратно в прошлом.

После построения, нас всех повели в расположенную за рощей техническую зону. Первое, что бросилось в глаза — это два лобастых истребителя неизвестной марки, чем-то отдаленно смахивающие на И-16. Еще с десяток таких же машин техники сейчас извлекали из огромных ящиков. Чуть в стороне стояли три двухмоторных бомбардировщика, все неизвестных мне марок, и гигантский четырехмоторный ТБ-7. Моторные гондолы у них были раскапотированы. С них снимали двигатели. Сверкали искры электросварки, слышался грохот и скрежет работающего инструмента, и голоса рабочих.