Книга Алый флаг Аквилонии. Железные люди, страница 47 – Александр Борисович Михайловский

— В таком случае, Николай Иванович, - ответил Сергей-младший, - переводите свою команду на «Медузу», ставьте «Малютку» на якорь вон в той бухточке и задраивайте люки. Как у нас появится возможность взять на борт четырнадцать тонн соляра из баков трофейной итальянской субмарины (а для этого нужно как минимум семьдесят стандартных двухсотлитровых бочек), так мы сразу и совершим сюда спасательный поход, а до той поры ваша М-34 пусть постоит себе тут, никого не беспокоя. Вечная слава, и такая же память, и ей, и вашей команде, которая сделала очень большое дело.

Когда командир «Малютки» удалился выполнять полученные указания, каперанг Толбузин вполголоса спросил:

— И что - Николай Иванович такой же Избранный, как и мы с Александром Яковлевичем?

— Нет, - покачал головой младший прогрессор, - он такой же, как я и синьор Дамиано - человек для Замысла полезный, но не обязательно необходимый. Впрочем, это ничуть не умаляет ни его достоинств, ни нашего к нему уважения. Скорее всего, некое критическое количество таких людей тоже является условием к успеху. Ну вы понимаете, что я имею в виду?

— Да, понимаю, - кивнул капитан первого ранга, - и считаю, что без подобных людей невозможно двести до успеха ни одно дело, а не только тот громадный Замысел, что с вашим участием задумал провернуть в этом мире Создатель.

Переночевав на якорной стоянке у северной оконечности острова Китира, «Медуза» рано утром девятого числа снялась с якоря и, распустив паруса, направилась дальше на запад. Мыс Тенарон, самая южная точка Пе-лопоннеского полуострова, остался позади около девяти часов дня; впереди были только бескрайние просторы Ионического моря - курсом на вест «Медуза» устремилась им навстречу. Ветер был попутным юго-западным, и за ночь заметно усилился, так что даже без постановки лиселей фрегат уверенно держал скорость в семь узлов.

Правда, в три часа дня с марса фок-мачты доложили, что видят впереди прямо по курсу плотные облака. Раймондо Дамиано опять поднялся на марс, и вернулся весьма встревоженным.

— Мы идем прямо на циклон, - вернувшись, сообщил он Сергею-младшему, каперангу Толбузину и практикантам из бывших летчиков.

Следующими на марс, демонстрируя неплохую физическую форму, поднялись майор Бояринцев и старший лейтенант Чемизов.

— Да, товарищи, - спустившись, подтвердил бывший замкомэска, - впереди творится полная задница. Если облачные шапки уходят в стратосферу, то это означает более чем серьезный шторм. Такой ужас, если есть запас топлива, положено обходить по большому кругу километров за пятьсот.

— Уклоняйтесь к северу, товарищ Дамиано, - добавил штурман «Антея». - Мессинский пролив ничуть не хуже Мальтийского, и в данном случае гораздо безопасней. Будем надеяться, что этот циклон идет своей тропой на восток вдоль Африканского побережья, а не шарахается по Средиземному морю из стороны в сторону, как пьяный матрос по таверне.

К вечеру небо затянуло кучевыми облаками, ветер усилился примерно до шести баллов по шкале Бофорта и стал порывистым, посеревшее море сердилось и морщилось волнами... Однако это были еще цветочки - настоящий кошмар творился юго-западнее, где уже отчетливо просматривалось нагромождение черных туч, исторгающих розово-фиолетовые многочисленные молнии. Впрочем, к тому моменту уже можно было быть уверенными, что «Медуза» сумела благополучно увернуться от самого страшного. Циклон и в самом деле шел от Мальтийского пролива почти строго на восток, в то время как фрегат успел уйти с его пути километров на семьдесят к северу.