Книга Рыцари Кристаллии, страница 82 – Брендон Сандерсон

— Прикинь… – произнесла она по-прежнему тихо. – Это так… как будто… как будто у меня были воспоминания. О людях, которых я знала. О любимых местах… А теперь ничего нет. Дырка в памяти… дырка во мне… я ее чувствую… там пусто…

— Почему Кристалл разума так важен? – спросил я. Тупой вопрос, но не мог же промолчать.

— Он соединяет всех рыцарей Кристаллии, – прошептала Бастилия. – Он укрепляет наш дух, дарует утешение. С ним каждый чувствует себя частью целого и знает, кто он такой…

— Все же надо было переломать мечи тем кретинам, кто сделал это с тобой, – зарычал я.

По телу Бастилии прошла судорога.

— Дай только срок, моя связь восстановится, – успокаивала меня она. – Не злись на них, они хорошие люди… всегда поступают по справедливости… Хотя, честно, прямо сейчас что-то не лежит у меня к ним душа…

Она улыбнулась – бледно и криво. Я попытался ответить тем же, но еле выдавил из себя какую-то гримасу.

— Кто-то хотел, Бастилия, чтобы с тобой получилось именно так. Тебя подставили. Срежиссировали все от начала до конца!

— Наверное, – кивнула она и вздохнула. Кажется, приступ отчаяния миновал, хотя сил у нее явно не прибавилось.

— Наверное? – переспросил я.

— Кто ж знает наверняка, Смедри, – горько усмехнулась она. – Может, никакой подставы и не было. Может, меня действительно слишком быстро вознесли, включили в рыцарское братство, а я взяла и провалилась. Сама. Может, и не было превеликого заговора против меня.

— Все возможно, – согласился я.

Вы, читатели, конечно же, не верите. В отсутствие превеликого заговора не верите, я имею в виду. Во имя Песков! Вся наша книжная серия посвящена тайному культу Библиотекарей, правящих миром, разве не так?

— Алькатрас? – окликнули меня сзади, и секундой позже из-за книжных нагромождений вышел Синг. – Гималайя на забытом языке еще одну книгу нашла. Тебе стоит на нее взглянуть!

Я посмотрел на Бастилию, она отмахнулась.

— Я не младенец, чтобы сопли мне вытирать! – процедила она сквозь зубы. – Иди давай, я сейчас буду!

Поколебавшись, я все же двинулся за Сингом через лабиринты к центру книгохранилища.

Принц со скучающим видом сидел на подобии трона, сложенного из книг. (Кто его соорудил, я так и не понял.) Фолсом руководил беспрерывной доставкой книг и расстановкой готовых стопок. Гималайя все так же занималась сортировкой, легко держа прежний темп.

Синг протянул мне книгу, о которой шла речь. Текст на ее страницах – как и все написанное на забытом языке – для невооруженного глаза выглядел как набор бессмысленных каракулей. Перед смертью Алькатрас Первый, мой первопредок, использовал талант разрушения, чтобы запутать язык своего народа и сделать нечитаемым его письменное наследие. Нечитаемым для всех, кто не располагал линзами переводчика.

Я нацепил свою пару и раскрыл книгу на первой странице, мысленно уповая, что она не окажется еще одним сборником кулинарных рецептов.

Титульная страница сулила: «Обозрение талантов, присущих племени Смедри, с рассмотрением причин, вызвавших их падение». Автором значился некий Фенилиос К. Вандерснэг, писец его величества Алькатраса Смедри.

Мне захотелось протереть глаза. Я перечитал надпись.

— Народ? – сказал я, оборачиваясь к остальным. – Ребята!!!

Солдаты замерли на ходу, даже Гималайя прекратила работу.