Книга Киборги Нотариуса, страница 94 – Брендон Сандерсон

— Отлично, – сказала Бастилия. – Мы снова здесь. Я не собираюсь подвергать сомнению твои приказы, о Великий вождь, но, помнится, стоя здесь в прошлый раз, мы точно так же не знали, куда идти. Что изменилось?

Я молча сунул руку в кармашек и вынул линзы различителя. Надел их, осмотрел полки и улыбнулся.

— Ну и?.. – спросила Бастилия. – Убеждаешься, что здесь собраны все книги, когда-либо написанные?

— Так кураторы утверждают…

— И что?

— А то, что они их собирают последовательно. Выйдет где-нибудь книжка, кураторы добудут себе экземпляр и поставят на полочку.

— Нам-то что с того?

— А то, – сказал я, – что относительно новые книги должны размещаться на периферии библиотеки. Чем книги старше, тем ближе они к середине. Центр там, куда они поставили свои первые книги!

Бастилия чуть приоткрыла рот, глаза округлились; она поняла мою мысль:

— Алькатрас, да ты гений!

— Это, должно быть, все тот удар по башке… – Я вытянул руку, указывая направление по коридору. – Нам туда! В ту сторону книги становятся все древнее!

Бастилия с Австралией согласно кивнули:

— Погнали!

Ну вот мы почти уже добрались до конца второй книги. Надеюсь, вам понравилось путешествие? Уверен – теперь вы знаете об этом мире гораздо больше, чем в начале. На самом деле вы, пожалуй, узнали все, что действительно следует знать. Теперь вы в курсе насчет заговора Библиотекарей и убедились в том, что я – врун, каких мало. Таким образом, я добился всего, чего хотел, поэтому можете со спокойной душой откладывать книгу. Спасибо, что были с нами!

КОНЕЦ

…Что? Вам этого мало? Ишь, какие мы требовательные… Ладно, так и быть, я закончу историю. Но не потому, что я такой любезный и милый. Я просто жду не дождусь посмотреть, какие рожи вы скроите, когда погибнет Бастилия… (Вы же ничего не забыли, верно? Спорю на что угодно – думаете, что я опять лгу? А вот и нет, отвечаю. Увидите – она реально умрет!)

…Так вот, мы с Бастилией и Австралией мчались библиотечными коридорами. Сперва – сквозь комнаты с книгами. Потом начались свитки. Они тоже были разложены по годам. Мы приближались к центру, я это чувствовал и беспокоился. Мать Бастилии умирает, а Казу, скорее всего, грозит нешуточная опасность. Какие шансы были у нас в схватке с Килиманом? Он сильнее, быстрее и хитрее, а мы? Мы спешим прямо в руки врагу…

Тем не менее я счел за лучшее скрыть от спутниц свои невеселые размышления. Нет уж, я собирался до последнего «держать лицо», хоть и не понимал толком, что это значит. (Только то, что держание лица явно сулило определенное неудобство.)

— Так, – сказал я наконец. – Нам необходимо одолеть этого типа. Какими средствами мы располагаем?

Я правда думал, что примерно так следует изъясняться предводителю.

— Одним растрескавшимся кинжалом, – сказала Бастилия. – Вряд ли он выдержит очередной луч из линз морозильщика.

— Еще та веревочка есть, – добавила Австралия, на бегу запуская руку в рюкзак Бастилии. – Ой, да тут кексики! И ботинки, одна пара.

Красота, подумалось мне.

— У меня осталось всего три комплекта линз, – сказал я вслух. – Есть линзы окулятора, но, боюсь, проку с них будет немного, поскольку дедушка Смедри так и не удосужился меня обучить, как с их помощью защищаться… Есть линзы различителя, так что до центра библиотеки мы доберемся… И линзы следопыта – они у Австралии…