Книга Живые и мертвые, страница 114 – Ярослав Заболотников

— Успокойся, — улыбнулась Эрминия. — Нет её тут. Я соврала.

— Зачем? — позеленевший взгляд наполнило непонимание.

— Надо думать, сейчас у тебя в голове та ещё мешанина. Это, — северянка кивнула на теперь уже здоровые ноги, где двумя полосками красовались ниточные узоры, — о чём-нибудь говорит? Скажу тебе прямо в лоб как есть, — она при помощи острия принялась убирать остатки швов, — ты заставила меня напрячься. Хотя тут всем досталось. Джон вон напрыгался вокруг тебя, пошёл проведать выселенного к лошадям Скарги и сам там прикорнул. Не стала его будить… Кто тебя так отделал? Рогатая?

— Видимо. Помню сильный удар… Падение… Невнятные голоса… Лабораторию… Там точно был Леонардо. Возможно, не один. Это он меня принёс?

— Ага. Вручил тебя переломанную и сказал: «Не получилось».

— Значит, демонесса на свободе и магия Теней всё ещё при ней… — Лайла тихо вздохнула. — Это катастрофа.

— Метель-то бураном не называй, — оставив обрывки ниток на кровати, Эрминия встала. — Что-нибудь ещё придумается. Только одна ты больше никуда не пойдёшь, — строго посмотрела она. — Катастрофа была бы, если б ты скопытилась. Куда мы без тебя? Да и вообще: тебе ещё мудрой наставницей быть. А то какая из меня мать? Если орущую мелочь сиськой или погремушкой не заткнуть, мне на ум ничего, кроме оплеухи, не приходит.

— Также можно уложить спать, — мило улыбнулась Лайла.

— Вот видишь, — с хитрецой в глазах ответила северянка, — говорю же, мудрая. А я в этом дура дурой. Из тебя бы вышла куда более толковая мать. А может, ещё и выйдет. Чёрт его знает, что там впереди. Я вот тоже думала, «Апофеоз» с хвоста никак не стряхнуть…

— Даже если случится чудо, я не уверена, что оно будет по душе Джону. Иначе бы он хоть раз спросил, способна ли помочь магия. Мы уже достаточно времени вместе, и я могу точно сказать: он не спрашивает о том, чем не интересуется.

— Прям хорошо его знаешь? Как облупленного? Ну, давай-ка, скажи тогда: в какую штанину он член заправляет? М? Чего глазами хлопаешь? Я серьёзно. Не знаешь? Не знаешь. Так вот и не додумывай за него: может, он тебя просто ранить не хочет. Это я, после всего, что тут сейчас с тобой делала, за твою душу уже не переживаю. Ну поскребут кошки маленько, так же и перестанут.

— Таких странных и в тоже время убедительных аргументов я ещё не встречала… — немного смущённо ответила Лайла. Она обратила внимание на закрытую изнутри дверь и смерила взглядом остриё в руке напротив: — Спасибо, Эрми, — вампирша с благодарной улыбкой встала и приобняла подругу. — За всё.

— Да не за что. Мы все тут… — не стала продолжать та.

Зато продолжила Лайла:

— … по очереди поили меня кровью. Джон больше всех. Оттого сонливость его и сморила.

— Надо же… — после хмыка произнесла Эрминия. — Я тебе ни слова не сказала. Пореза не видно. Да и привкуса быть не должно: под конец воду тебе давали. Так с чего ты взяла?

— Чувствую, — загадочно сказала вампирша.

— Хах, — криво усмехнулась северянка. — И впрямь дура. Пойдём тогда. Нам по пути.

* * *

Тупик с лошадьми озаряла стоявшая на полу лампа. Но ни её свет, ни шлёпанье губ по чёрной макушке Джону не мешали. Сидя у стены, он спал с дремавшим на руках мефитом. Пока тот вдруг не заверещал и не вспорхнул — от невольного рывка вперёд следопыт стукнулся головой о край висевшего на жерди седла: