Книга Живые и мертвые, страница 77 – Ярослав Заболотников

Раскладной стол в каюте, удерживаемый парой тянувшихся от стены верёвок, напоминал поднимаемый мост перед входом в крепость. На нём в свете лампы блестели разложенные Лайлой артефакты.

— Почти со всем разобралась, — указав ладонью на первый, вампирша посмотрела на стоявшего рядом Рэксволда: — Кандалы поглощают магию. Притом не только светлую. Надев их на себя, я не смогла видеть в темноте и использовать нечеловеческую силу.

— Я их еле снял, — подал голос с рундука Джон. — Входит стержень легко, а вот достать — только медленно и враскачку. Если резко потащить, он обратно втягивается. На редкость хитроумные защёлки.

— Ну хоть за Аланом плыть не пришлось, — кольнул Рэксволд язвительным взглядом. — Хотя он бы уже и не удивился. Небось ждёт, когда мы завалимся с новой охапкой историй.

— Особенно — тебя, — усмехнулся Джон. — За свалку зелёных ковров у дома. Сорок пять штук, вроде?

— Ага. Между прочим, полезный наборчик для того, кто замки́ чинит. Хороший заказчик — завернул замок в подарочный ковёр. Плохой — завернул в ковёр заказчика.

Все трое рассмеялись, и, пользуясь возникшей паузой, Лайла вернула внимание к артефактам:

— Второй, — ладонь указала на чёрный шар. — Я изучила его под лупой: те похожие на звёзды частицы — фрагменты серебристой мозаики. В ней я усмотрела символы магии Воды. И действительно, если поднести шар к полному ведру, мозаика начинает собираться. А если опустить — вся вода выплеснется на пол. Ведро станет полностью сухим.

— Осмелюсь спросить, — с наигранной деликатностью заговорил Рэксволд, — а другого способа опустошить ведро в старину не придумали?

— Я почти то же самое спросил. Оказалось, всё не так просто.

— Это стало неожиданностью даже для меня, — улыбнулась Лайла. — Подобные артефакты называли сухильтонами. Они являлись залогом того, что в случае кораблекрушения перевозимые в сундуке документы не намокнут. Как ты понимаешь, не все они защищены магией. Однако известны случаи оригинального применения, когда человек, не успевающий покинуть затопляемый трюм, помещал руку с сухильтоном в то же ведро или таз для создания воздушного пузыря, на который не влияет положение в пространстве. Ведь он формируется вокруг артефакта и зависит от границ ёмкости.

— То есть даже перевернуть можно и воздух не уплывёт? Хм… — в глазах смотревшего на шар ассасина мелькнуло любопытство: — А если в озеро кинуть?

— Как бы тебе ни хотелось, из берегов оно не выйдет. Но на бочку мощности хватит. И предрекая следующий вопрос: увеличить её нельзя. Мощность зависит от окружающих нас энергетических потоков. При использовании усиленных рун, потоки будут концентрироваться, как солнечные лучи в лупе, что закономерно приведёт к взрыву.

— Вечно эти твои взрывы всё веселье портят.

— Магия Света подчиняется строго выверенным формулам.

— Защищает от большой беды угрозой малой беды, — с усмешкой под чёрными усами прокомментировал Джон.

— В философы подался?.. — окинул его взглядом Рэксволд и посмотрел на третий артефакт: — Ну а последняя штука для чего?

— Последняя… — за стеной раздались звуки блюющей Эрминии, и Лайла скромно улыбнулась: — Я приблизительно такого же мнения после того, как несколько ночей ломала голову о предназначении причудливой дуги, — она подняла артефакт. — Это либо рукоять саквояжа, либо дверная ручка. На концах есть широкие отверстия в виде конусов, но сами концы не перпендикулярны положению руки, а края стенок слишком тонкие для надёжного крепления. Если оно было, так как внутри нет ни царапин, ни следов резьбы. Возможно, соединение обеспечивала выгравированная по длине руническая вязь, и сама дуга выступает в качестве ключа к чему-то скрытому в библиотеке, — Лайла примерила дугу к воображаемой двери. — Наверняка сказать не могу: таких символов я нигде не встречала.