Книга Сердце Земли, страница 85 – Максим Шаттам

А что, если Пьющий невинность все-таки зашифровал что-нибудь в своем послании? Включил туда какое-нибудь условное предложение, слово, которые могли бы означать, например, «гонца сего немедленно заключить в тюрьму»? Могут ли циники быть настолько изощренными и предусмотрительными? Хватило бы у Пьющего невинность смелости, несмотря на сковывавший его страх, так поступить?

Этого Мэтт не знал.

Однако сейчас он не мог вскрыть конверт, чтобы убедиться, что с письмом все в порядке, – со сломанной печатью оно утратит всю свою ценность.

Надо довериться себе. Если бы в тот вечер Пьющий невинность повел хитрую игру, Мэтт бы это заметил.

А если я ошибаюсь?

Слишком поздно. Течение усиливалось, управлять джонкой становилось все сложнее, они приближались к месту, где русло реки разделялось, и, чтобы не оказаться в водопаде, пэнам было необходимо повернуть в сторону горы, в Енох.

Тобиас и Бен держали руль, Чен и Хорейс – парус. Пэны настойчиво направляли корабль к Еноху.

Но река упорно несла джонку к водопаду.

Лодка раскачивалась все сильнее, потом описала длинную дугу и, свернув в тень горы, покинула реку.

Там, на юге, находился Уирд’Лон-Дейс.

Гигантская долина, отделенная от остальной земли высокой горой.

Слово сама земля стыдилась тех мест.

Небо над долиной было окрашено в алый цвет.

^Джонка вплыла под своды монументальной пещеры, дневной свет померк. Бен зажег обе масляные лампы и расположился с ними на носу, среди собак.

— Я вижу город! Он сверкает, как сокровище! – воскликнул долгоход, любуясь проступающими сквозь темноту золотистыми жемчужинами огней.

— Пора спрятаться! – распорядился Мэтт.

Держа наготове письмо, Хорейс встал у руля, а Бен, чтобы показать местным стражникам и солдатам, что собаки пойманы по требованию королевы, накинул на них длинную сеть. Остальные пэны, держа в руках оружие, забрались под брезент.

Если их задумка провалится, придется сражаться, на ходу составляя план побега. Главное сейчас – не попасть в руки циников.

А вдруг мы там встретим взрослых, заряженных эмпатией, способных принять нас, несмотря на различия! – мелькнуло в голове у Мэтта. – Вдруг, вместо того чтобы сражаться, они решат помочь нам? В конце концов, Енох ведь немного отличается от всех остальных городов, где живут циники.

Джонка устремилась к тускло освещенной набережной, из мрака показались невысокие белые здания с плоскими крышами. Масляные лампы и факелы освещали переулки, карабкающиеся по склонам города, построенного на горе.

Мэтт задумался, есть ли у пэнов хотя бы один шанс договориться с циниками Еноха. Хотя… Как это наивно с его стороны – думать, что взрослые могут противиться воле королевы. Ребяческие мечты.

Мэтт сжал рукоять меча. Придется положиться на меч, а не на милосердие циников. Это ужасная правда, но ее уже нельзя игнорировать.

Соприкоснувшись с причалом, корпус лодки затрещал, и тут же послышался мужской голос:

— Сэм, ты? Какими судьбами к нам?

Через дыру в брезенте Мэтт не мог видеть говорившего: было слишком темно.

— Не к вам, – ответил Хорейс голосом тридцатилетнего циника. – Я реквизировал лодку для особого задания. Везу груз для королевы. Вот мое разрешение.

— Да? Ну, скажем так, оно не совсем официальное. У Пьющего невинность нет всех необходимых полномочий. Напомни ему об этом!