Книга Постоянство хищника, страница 43 – Максим Шаттам

Все следователи собрались на посту: четверо парижан, старший сержант Бардан со своими толстыми очками как региональный представитель, майор Тюрпен, призванный наладить связь между учеными и практиками, и Ферицци, всеобщий координатор. Люси Торранс и Людивина обеспечивали поддержку.

Каждый был чем-то занят, ходил от компьютера к принтеру, читал отчет, слушал записи телефонных разговоров. Ферицци распределил роли. Всем, кроме членов ДПН. Его безразличие к ним, таким независимым, словно бы намекало: сначала докажите свою компетентность.

Только для работы нужен материал, раздраженно думала Людивина. Нельзя составить профиль, не имея ни отчета о вскрытии, ни результатов лабораторных исследований, ни потенциальной виктимологии. Придется подождать.

Через час Торранс взяла лист бумаги, жестом позвала Людивину и направилась к выходу.

— Хочу поговорить с тем, кто их нашел, – объяснила она. – Он вошел первым после Харона. Нужно узнать, что он почувствовал.

Старший вахмистр Рьес, отвечающий за логистику, предоставил им автомобиль без опознавательных знаков, и Торранс села за руль, бросив Людивине свою куртку.

— Накиньте на голову. Защитит от папарацци.

— Хотите, чтобы я изобразила подозреваемого? Чтобы они поверили, будто мы кого-то взяли?

— Нет, не хочу, чтобы они вас узнали. За последние три года вы совершили столько подвигов, что ваше лицо всем известно. Будет нехорошо, если вы попадете в заголовки.

Людивина мысленно поблагодарила ее, услышав возбужденные крики. Журналисты бросились к ним и приклеились к окнам. Выехав на шоссе, Торранс включила сирену и мигалку и надавила на газ, чтобы уйти от самых шустрых преследователей, которые потерялись из виду чуть дальше, когда она свернула на боковую дорогу под кроны деревьев. Там они развернулись и за полчаса доехали до маленькой деревни с белыми домами под красно-коричневыми черепичными крышами. Неприметное простецкое местечко посреди леса. Навигатор привел их к старой ферме в конце глубокой колеи. Три здания стояли буквой «П». Один из соседей Баэрта, качок лет тридцати в бейсболке на лысой голове, распахнул ворота и указал на нужный дом.

Ксавье Баэрт открыл дверь и слегка растерялся, увидев незнакомых женщин. Обитатели двух домов напротив уже высунулись из окон, чтобы получше разглядеть симпатичных посетительниц. Как только уедем, им будет что обсудить, мысленно усмехнулась Людивина.

Любитель поесть и, конечно же, выпить пива, Баэрт был так широк в талии, что казался ниже ростом, чем был на самом деле. Чуть меньше сорока, по-военному короткая стрижка, крошечные уши, тонкий нос и сильно выступающие надбровные дуги, не гармонирующие с чертами лица. Мягко говоря, не красавец. И компенсирует это стальным рукопожатием, заключила Людивина, пожимая ему руку. Выслушав короткое объяснение, он пригласил их в полупустую гостиную. Диван, журнальный столик, телевизор и камин – вот и вся обстановка. Зато стены увешаны фотографиями. Стволы деревьев, каменные валуны, груды покрышек или старые рельсы. Баэрт любил детали и крупные планы.

— Вы туда спускались? – спросил он, садясь на принесенную из кухни табуретку. – Видели? А спать можете? Мне с воскресенья каждую ночь снятся кошмары. Не знаю, как это забыть.

— Вы не забудете, – отрезала Торранс.