Книга Союз хищников, страница 68 – Максим Шаттам

— Где-нибудь есть камеры наблюдения? – спросил Сеньон.

— Нет нигде.

— Кто-нибудь видел что-то необычное? – вмешалась Людивина.

Медсестра, которую осадили вопросами, отрицательно замотала головой.

Людивина по-дружески взяла ее под руку и ободряюще улыбнулась:

— Пойдемте вместе, вы мне поможете получить нужные списки имен.

И подмигнула Алексису.

Остальные теперь могли побеседовать в мужском кругу.

Алексис огляделся вокруг. В парк легко мог проникнуть любой, кому хватит решимости.

— Если нет трупа, зачем они оставили нам подпись? – вслух высказал он свою мысль.

— Они метят это место, – предположил Сеньон.

— С какой целью? Чтобы закрепить за собой? Предупредить своих?

— В таком случае они не оставили бы знак на виду, – возразил Микелис. – Напротив, они хотели, чтобы мы его нашли. Что это, знак собственности? Метка территории? Или ложный след, чтобы увести нас от истины? Может быть, кто-то из них побывал в этом месте в детстве.

— Они не идиоты, с чего бы им подсказывать нам, что это место для них очень важно? – возразил Алексис.

— Почему бы и нет? – настаивал криминолог. – Убийцы иногда любят указать, откуда они родом, через что им пришлось пройти. Они любят убивать в местах, которые что-то для них значат, даже если это дает какие-то ключи к пониманию их личности. Многие преступники любят оставлять послания. Кстати, так поступил Фантом в Лувесьене, напоминаю вам.

— Было бы слишком просто, если бы он оказался связан с этим заведением, – вздохнул Сеньон.

— У них в архивах наверняка тысячи детей. Тысячи. Каковы шансы найти нужного нам человека?

— Сужая поиск с помощью составленного нами психологического профиля. Мы отберем только тех, кому от двадцати пяти до сорока лет (возьмем чуть пошире) и проверим, нет ли у них судимостей. Для начала и это было бы неплохо. Но не думаю, что все окажется так просто. Фантом – хитрый парень. Он не станет так рисковать.

Микелис пристально смотрел на два красных росчерка.

— Еще раз повторяю, не стоит недооценивать власть агрессии. Иногда она заставляет совершать безумные поступки. Как и болезненные фантазии, навязчивые влечения. Они подчиняются глубинным законам, а не логике и здравому смыслу. Это место должно что-то значить для них, если они обозначили его как свою территорию. Вспомните смысл этих знаков. Они хотят объединять. Они хотят сплачивать.

— Тогда, может, их интересует кто-то из персонала?

— Возможно. Но это как-то слишком в лоб, заметно, не в его стиле. Теперь, после громкой акции Жозефа Селима, они понимают, что их символ известен всем. Это больше похоже на провокацию. А поскольку они ничего не делают просто так, то и место выбрано не случайно.

Микелис повернулся к двум местным жандармам. Во все глаза глядя на приезжих, они ловили каждое слово их разговора.

— Это место всегда было детской больницей? Здесь, случайно, не было раньше психиатрического учреждения?

— Не знаю, – ответил первый. – Надо спросить у…

Рыжий перебил его:

— Детская больница здесь с пятидесятых годов. До этого здание пустовало почти десять лет.

— Так долго? Такое прекрасное здание? Вам известно почему?

Жандарм набрал воздуха в легкие:

— Из-за того, что в нем когда-то происходило.

Микелис и Алексис заинтригованно переглянулись.

— Что вы имеете в виду? – поинтересовался криминолог.