Книга Союз хищников, страница 70 – Максим Шаттам

Перед уходом жандармы дождались прибытия экспертов-криминалистов, которые сфотографировали место преступления и взяли образцы на анализ.

— Более чем вероятно, – мрачно сказал Микелис.

— При чем тут «Лебенсборн»? – спросил Сеньон, как бы размышляя вслух. – Они что, разделяют теории нацистов?

— Во всяком случае, разделяют их теорию превосходства высшей расы, – уточнил Микелис. – Похоже, эта теория соответствует тому, чем они занимаются. Они отбирают самых сильных мужчин и объединяют их под знаменем насилия. Им нужны люди, превосходящие всех других, отборные силы, вершина пищевой цепочки, настоящие хищники.

— Значит, у них нет никакой личной связи с этим местом? Все сделано ради символики?

— Не исключено. Зато какая символика!

— Мы все же просмотрим списки персонала, – распорядился Алексис, – а также списки детей, которые раньше здесь лечились и которым сегодня от двадцати пяти до сорока. Как знать? Не всем известна история этой больницы. Не понимаю, как они могли узнать о ней, не побывав здесь в том или ином качестве.

— Я думаю, вы зря потратите время, – с сожалением сказал Микелис. – Это символика, чистая символика.

— Может, они местные, – предположила Людивина. – По крайней мере, Фантом.

— Людивина права, – сказал Алексис. – Это даже очень вероятно. Первая жертва, Клер Нури, была найдена в департаменте Сена и Марна, но она жила совсем недалеко отсюда, в Уазе. Убийца напал на нее в ее доме, а затем увез тело подальше, чтобы от него избавиться. Возможно, хотел неуклюже замести следы. Это было его первое убийство.

Микелис подтвердил:

— Первое преступление часто совершается недалеко от дома убийцы. Он еще недостаточно уверен в себе для вылазок в незнакомые места. Он живет где-то здесь или жил здесь в детстве. Но я сомневаюсь, что он напрямую связан с этой больницей.

Алексис встал:

— Нам пора возвращаться. Отчеты судмедэксперта уже должны прийти, а нам еще нужно просмотреть несколько сотен имен. Сегодня утром судья направил официальное международное поручение нашим польским друзьям. Я очень надеюсь, что они смогут определить номер Зверя уже сегодня. Не хотелось бы это пропустить.

Они вернулись в офис. Он был сердцем любого расследования. На этих нескольких квадратных метрах, как правило, происходило все самое главное: сопоставлялись данные, исследовались факты, делались выводы. Иногда проводились даже допросы.

Это было возвращением домой, и Алексис чувствовал себя спокойнее.

Его встревожили лес и усадьба с мрачным грузом ее истории.

* * *

Сеньон заканчивал вводить данные из отчетов патологоанатома в программу Analyst Notebook, а Людивина и Алексис тем временем проверяли всех сотрудников «Буа-Ларриса» на судимость.

Алексис каждые четверть часа поглядывал на мобильник и тут же спрашивал Сеньона, нет ли у того сообщений от Томаша из краковского уголовного розыска. Каждый раз великан смотрел на него с безнадежным выражением лица, безропотно перепроверял свою электронную почту, а потом качал головой с тем же обескураженным видом.

— Они позвонят, как только будет что-то новое, – повторял он.

Всю вторую половину дня трое следователей поименно проверяли все фамилии из списков на наличие криминального прошлого. Алексис нехотя поднялся к полковнику Априкану с докладом и поскорей вернулся снова за компьютер.