Книга Союз трех, страница 88 – Максим Шаттам

Эмбер и Дагу предстояло погибнуть у всех на глазах.

Сорвавшись со своего места, Мэтт прыгнул вперед и почти пролетел над ступеньками, услышав на ходу, как шнур затрещал в последний раз. Мэтт понял, что не успеет спасти Эмбер, даже если с силой оттолкнет ее: падающая люстра все равно зацепит подругу.

И тогда, отчаявшись, он поднял голову, напряг все мускулы и закричал изо всех сил, вытянув ладони к небу.

Металлический каркас падал прямо на него. Мэтт почувствовал, что от макушки до пальцев ног его словно пронзил мощнейший электрический разряд. Запястья напряглись и заболели, по рукам побежали мурашки; открыв глаза, Мэтт убедился: люстра так и не упала на пол. Почти не упала.

Он держал ее в своих руках.

Эмбер и Даг лежали рядом, обхватив головы руками, в ожидании страшного удара. Десятки капель воска забрызгали пол вокруг. Лоб Мэтта покрылся потом, ужасная судорога свела его мышцы, словно в них вонзались тысячи иголок. Из онемевших ладоней струилась кровь.

Эмбер и Даг одновременно подняли головы, на которые еще падали последние горячие капли, и поняли, что они в безопасности. Они откатились подальше, и Мэтт нечеловеческим усилием отбросил люстру в сторону.

И сразу же в зале повисло гнетущее молчание; от головы Мэтта поднимался горячий пар, пот тек по лицу; потом свет померк у него в глазах, комната покачнулась, и, потеряв равновесие, он упал на заляпанный воском ковер.

Когда Мэтт пришел в себя, то увидел склонившихся над ним в беспокойстве Эмбер и Тобиаса.

— Что… это… было? – прошептал он.

— Все в порядке, – нежно ответила Эмбер.

Она положила ему на лоб влажную повязку.

Вдруг Мэтт ощутил свое тело, и его лицо исказила гримаса. Все мышцы болели так, словно он их порвал.

— Ох как больно!

— Успокойся, тебе надо отдохнуть. Не шевелись.

Все еще находясь под впечатлением от случившегося, Тобиас не мог успокоиться:

— Тебе удалось удержать люстру! В руках! А в это время Эмбер и Даг смогли спастись!

— Я… это сделал?

Эмбер кивнула, поджав губы: она не разделяла восторга Тобиаса.

— Да, сделал на глазах у всех, – ответила она.

— А что вы сказали остальным?

— Пока ничего, но вскоре нам нужно будет собраться и все объяснить. Больше молчать нельзя, надо им рассказать про изменения. Предупредить пэнов. Я бы подождала еще немного, но этот проклятый случай…

— Я… спас тебе жизнь? – спросил Мэтт, превозмогая боль.

Эмбер перестала промокать ему лоб.

— Да, по-моему, так, – наконец произнесла она.

Эти слова помогли Мэтту стерпеть боль. Он был счастлив.

— Отличная жеребьевка вышла, – засмеялась Эмбер. – Скажи мне, между отсутствием Клаудиа и твоим выступлением есть какая-нибудь связь?

Мэтт попытался улыбнуться:

— Я пошел за ней… я хотел запереть ее в одном из шкафов… но когда увидел, как она входит в туалет, пока все ждали ее в зале… я запер ее там.

— Ты понимаешь, что это объявление войны Дагу и его банде?

— По крайней мере, они знают, что мы догадались, как они обманывали нас во время жеребьевок, и не смогут больше продолжать.

Помолчав секунд десять, Тобиас заметил:

— Может, стоит рассказать ему про люстру?

Эмбер вздохнула, подняв глаза к небу:

— Я же просила тебя подождать! Ну давай, раз начал!

Тобиас не заставил себя упрашивать:

— Шнур был подрезан. Это было сделано специально. Никакой не несчастный случай!