Книга Ступени над Бездной. Том 1, страница 208 – Баобэй Мэйжэнь

— Минъюэ.

Сзади его плеча коснулся Ши Хао, его лицо было смертельно уставшим и бледным, но в руке сиял божественный меч, омытый кровью демонов, как алое лезвие из шэнсиньского железа. Меч был отлит из серебра и искрился золотой духовной силой, а по форме практически не отличался от Хэцин-хайяня.

Хай Минъюэ задержал восхищенный взгляд на мече.

— Ты пробудил свой божественный меч, – произнес он, вспомнив яркую вспышку, рассеявшую тьму.

Ши Хао заставил себя улыбнуться:

— Это я ранил принца-демона и разбил его отряд.

Затем он опустил взгляд на свой меч и задумчиво добавил:

— Я должен извиниться перед этим мечом за то, что обзывал его ржавым куском мусора. Похоже, он не держал на меня зла, раз явил свою форму в тот момент, когда я больше всего в нем нуждался. – Он вздохнул, разглядывая блестящее лезвие меча, выкованного из сердца будды, которым отныне владел. – Старик Сюй сказал, что только чистые сердцем способны призвать эти парные мечи. Неужели он все же посчитал меня достойным после всего, что я учудил в иллюзии?

Хай Минъюэ достал Хэцин-хайянь, чтобы сравнить истинные формы их мечей. Они отличались лишь цветом духовного сияния и серебряным узором на гарде, а в остальном казались близнецами. На рукояти Хэцин-хайяня узоры изображали танцующего среди персиковых цветов феникса, а на мече Ши Хао узоры соединялись в очертания дракона.

— Твое сердце полно добрых намерений, – произнес Хай Минъюэ. – Но твой характер легко доводит тебя до беды, потому что ты не умеешь вести себя иначе.

— И что нам делать? – произнес Ши Хао с усмешкой.

— Для этого есть я, – слабо улыбнулся Хай Минъюэ. – Если бы мы были на одной стороне в самом начале иллюзии, мы построили бы наш прекрасный мир без жертв.

— Обещай, что всегда будешь на моей стороне, Минъюэ.

— Я уже обещал и повторяться не буду.

Ши Хао одарил его широкой, теплой улыбкой:

— Не забывай этого.

Теплота во взгляде Ши Хао в одночасье сменилась лютым холодом, стоило Цянь Сяну появиться в поле зрения юноши. Учитель появился ниоткуда, словно только что спустился с Небес, где просидел в бездействии, наблюдая, как демоны уничтожают народ. Ши Хао ринулся вперед.

— Где вы были, учитель? – воскликнул он. Сердце Хай Минъюэ сжалось. – Вас не было в долине Цуэйлю.

Лицо Цянь Сяна было холодно и высокомерно.

— Я должен отчитываться перед тобой, ученик, который ударил меня по руке? – произнес он сквозь зубы.

Хай Минъюэ вышел вперед Ши Хао, закрыв его собой:

— Учитель…

Но Ши Хао гневно выпалил:

— Не передо мной! Перед людьми, которые погибли, а вы палец о палец не ударили, чтобы защитить их! Это вы называете хорошим примером?!

Цянь Сян только усмехнулся:

— Смерть – это часть жизни. Слабые умирают, не принеся пользы, а сильные остаются жить, чтобы строить тот мир, который выгоден им, разве ты не поступил так же в моем испытании? Я тоже хочу построить свой мир, и в нем мне не нужны больные, смертные и слабые духом. Нападение демонов, болезни, катастрофы, войны – это инструменты разделения слабых и сильных. Зачем бы я стал препятствовать зачистке неспособных бедняков, пьяниц и шлюх?

Холод пронзил сердце Хай Минъюэ.

— Учитель, что вы говорите…

Ши Хао молниеносно вылетел из-за его спины и атаковал Цянь Сяна.

— Вы врали! Зачем вы врали мне столько лет, притворяясь праведным заклинателем, когда на самом деле вы прогнили хуже демонов, а ваши помыслы отвратительны! С какой целью вы сидели в нашей деревне и пудрили мозги моим соученикам? Ни один человек не пойдет за вами, потому что вы подлый и корыстный, вы позорище общества заклинателей!