Книга Принцип равновесия, страница 127 – Валерий Гуминский

Покинув Тайницкую башню, Матвей Александрович неторопливо зашагал по вымощенной брусчаткой дорожке к скверу, где хотел посидеть в одиночестве и предаться размышлениям. Двое охранников шли за ним на положенном расстоянии, контролируя окружающее пространство. Ближе к вечеру вся чиновничья рать поспешно покинула рабочие места, поэтому кремлёвский двор был практически пустым.

Сев на скамейку, Елизаров ещё раз прокрутил в голове разговор с императором. Не жалуясь на память, главный советник восстановил даже интонации, которые проскальзывали в голосе государя. Вроде бы ничего лишнего не сказал, и даже сумел поколебать уверенность Долгорукого в правоте Рекущих. В долгосрочной игре, которую затеял Елизаров, эти болтуны скорее мешали. Слишком много на себя стали брать, манипулируя императором. Манипулировать им должен только один человек — Матвей Александрович Елизаров, самый близкий к императору человек после жены и детей, хранящий ему верность. С головы Волоцкого и его супруг не должен упасть ни один волосок, иначе парень таких дел натворит, что половину Москвы в развалинах оставит.

Магия Первородных до сих пор вызывает священный трепет у аристократов с древней кровью. Пусть никто в последние триста лет не видел, каковой она может быть на самом деле, лучше не рисковать. Интересно, а сколько их осталось в России? Пять семей? Десять? Сто? Елизаров одно время интересовался этим вопросом и пришёл к мысли, что Первородные сами виноваты в своём постепенном исчезновении. Нельзя было разбавлять кровь с «худородными» княжнами и боярышнями. Говоря современным языком магия Первородных рецессивная, потому что наиболее чистая, природная. Смешивая свою кровь с кровью новой — княжеской — аристократии, они постепенно теряли уникальность, которую принесли из таких древних времён, что оторопь берёт. Можно с уверенностью сказать, что «чистых» Первородных почти не осталось. Волоцкие оказались одни из немногих, кто чётко придерживался стратегии «чистой крови». Правда, и их коснулась губительная тенденция.

Как только Колояр Волоцкий стал фигурой, к которой оказалось приковано внимание императора (благодаря браку с княжной Мирославой Щербатовой), Матвей Александрович специально изучил архивные материалы и разглядел интересную деталь. Все браки Волоцкие заключали сугубо с равными себе. То есть с Первородными. Лишь в последние сто лет жёсткое правило начало давать трещину. Просто не с кем стало родниться! Уже Тримир Волоцкий — дед Колояра — женился на высокородной дворянке, чья семья могла ещё похвастаться родственными связями с Первородными, но уже сильно разбавленными, проще говоря. А Ставер Волоцкий и вовсе отчебучил, взяв в жёны «захудалую» дворянку. Теперь возникает вопрос: каким образом Колояр может укрепить у сына «разбавленный» Дар? Он сам двадцать с чем-то лет ходил с блокираторами на запястьях, что не могло не сказаться на его магических возможностях. А так ли уж сильны Щербатовы? Ой, вряд ли! Сильнее видали. Так с каких щей, извините за «народный французский», у Данислава могла появиться испугавшая и восхитившая «антропотеха» Скокова Сила? Княжна Мирослава, судя по генетическому досье, тоже не обладает каким-то уникальным Даром. Да, умеет носиться с бешеной скоростью на автомобиле благодаря невероятной реакции и выбору предпочтительного варианта на дороге. Да, есть «Стихийная» магия, которой она пользуется довольно редко. И вдруг её сын по прихоти Рекущих почему-то стал угрозой для Долгоруких. Логики в их предсказаниях — ноль. Значит, не в Мирославе проблема.