Книга Принцип равновесия, страница 156 – Валерий Гуминский

— Вы про какую папку-то речь ведёте, господин? — пожал плечами Илья. — У меня было столько папок с хозяйственными документами, что и при хорошей памяти немудрено запутаться.

— Архив «Договора Двенадцати», — Скальпель впился взглядом куда-то в лоб Савина, будто пытался прожечь в нём дыру.

Призрак почувствовал, как в его мозг проникает нечто чужеродное, противное и, главное, очень неприятное. Судя по всему, очкастый ещё и ментат, да только дерьмовый. Или намеренно усилил болевые ощущения, словно толстый прут вогнал в висок и начал им там шуровать. Илья застонал и стал заваливаться на пол, но ему не дали. Оба охранника схватили его за плечи и держали, пока пленник сучил ногами.

И вдруг через несколько секунд замер, лицо его исказилось в улыбке.

«Я с тобой, — прошелестел голос Рахдая. — Хочешь убить их?»

— Да, — выплюнул с ненавистью Савин. Да сколько же можно над ним издеваться?

— Что — да? — растерянно спросил Скальпель, поправляя очки. Кажется, он не ожидал, что управляющий быстро придёт в себя.

«Разреши мне взять твою душу и тело, чтобы уничтожить этих жалких, бездарных ублюдков!» — шаман говорил уверенно, с убеждением, склоняя Илью к первому шагу подчинения.

— Грубо работаете, господин ментат, — нашёл в себе силы усмехнуться Савин, поняв, что Рахдай оборвал все щупы и не дал Скальпелю проникнуть в самые потаённые уголки памяти.

— Ну, в таком случае есть другие способы, — нисколько не расстроившись, очкастый поднял перед собой тонкую и очень длинную иглу. — Мы выяснили, что ментальная боль успешно вами купируется. Теперь посмотрим, как вы переносите боль физическую. Держите его крепко, парни. Мне нужна левая рука.

А сам вышел из-за стола и направился к побледневшему Илье. Вытерпеть и такие страдания Призрак, конечно, сможет, но какой ценой?

— Помоги, — едва слышно прошептал Савин, решившись дать волю злому фантому, уже давно живущему в его сознании. Будь что будет. Зато хотя бы увидит, на что способен таинственный фантом.

— Как всё произошло? — вглядываясь в лицо дрожащего от страха Василия, я прокручивал в голове всевозможные варианты, кто мог похитить Савина столь нахально, ловко и быстро. Увы, таковых было немного. И все они сводились к одному. Елизаров, гад, сделал свой ход, чтобы я не мог воспрепятствовать «изъятию» Ильи. Как-никак, он теперь мой слуга. А за своих людей несёт ответственность Глава Рода. Если он хочет быть настоящим Главой, руководителем, Хозяином с большой буквы, в конце концов.

— Да я и не понял сразу, — заторопился водитель грузовика, успевая поглядывать на Ирину, молча сидевшую в кресле. — Илья-то когда вышел из лавки, сразу к машине направился. Я её в «карман» загнал, чтобы не мешать движению. Это же дело такое, там секундами не обойдётся, сразу полиция нарисуется. Ну и где-то на полпути его подрезает внедорожник. Вот так прямо заехал на тротуар всем передком. Я же случайно заметил, в зеркало. Обзор плохой был, и что на самом деле происходило, не видел. Когда выскочил, чтобы посмотреть, внедорожник уже умчался. А от Ильи только два пакета с пирожками остались.

Василий замолчал, переминаясь с ноги на ногу. Я задумчиво простучал пальцами по столу. Не видел никакого смысла задавать ещё какие-то вопросы. Братья Сушковы вообще ничего не знали, сидя в закрытом фургоне. Только когда водитель начал вопить, что управляющего похитили, всполошились. А толку? Парня увезли в неизвестном направлении.