Книга Герои чужой войны, страница 28 – Валерий Гуминский

— Привет, Возгар! — Фарин навалился на прилавок и внимательно осмотрел помещение. Подозрительно покачал головой. — Ты еще жив, старый пердун? Десять деньков тебя не видел! Мог бы и порадовать меня! Я ведь мечтал на твоих поминках бражки попить всласть!

— И тебе многих лет жизни, мелкий клоп, — хекнул Возгар, отодвигая плошки со свечами в сторону, чтобы гном своими мощными руками не свалил их на пол, — ты сам как? Не попортили твою шкуру тойоны?

— Все в порядке! Моя шкура дубленая, просто так дырок не навертишь. Голову свою подними и посмотри на того парня. Его зовут Кос. Ему нужна одежка поприличнее. Едет завтра в Велиград, может, и к королю попадет на прием. Ты уже понял меня?

— На гражданских лиц я не рассчитывал, — проворчал басовито завскладом, — а твой новый знакомый не встал на кошт. Вали отсюда, пока я не рассердился. Ишь, выдумал чего, фулюган!

— Эй, полегче! — рассмеялся гном. — Личный приказ старшины, понял, старый хрыч? Давай, оторви свой зад от лавки и сообрази, что можно дать парню.

Возгар демонстративно резко положил дратву на прилавок, отодвинул взвизгнувшую лавку от себя, и оказался на две головы выше гнома. Старик навис над Фарином, молча постоял так пару секунд, потом вышел ко мне. Обошел кругом, промерил пальцами размах моих могучих плеч, повернул туда-сюда и вынес свой вердикт:

— Значица, так, уважаемый. Одежка есть, но второго сорта. Ношенная. Рубаха, кафтан, куртка, штаны стеганые, но с заплатами. Обувка нужна? Сапоги твоего размера есть, но я их собирался продавать на ярмарке крестьянам. Им она прослужит еще лет пять. Будешь брать? А то я смотрю, что у тебя какие-то странные башмаки. Мягкие. Из какой кожи?

— Синтетической, — ответил я, забавляясь ситуацией.

— Это как это? — заморгал озадаченный старик.

— Кожа такая специальная, сделанная не из шкуры животного, а выращенная в бочках, — пошутил я.

— Ого! — Возгар почесал затылок. — Мне бы такую бочку, я бы наделал обувки! В ней, наверное, хорошо в лесу шастать?

— Не очень, — возразил я, — только на ровной поверхности по дороге или на городских улицах, а когда скачешь вверх-вниз по камням и кочкам — можно поскользнуться. В дождь промокают, быстро разваливаются.

— Никчемная вещь, — опечалился завскладом, окидывая меня еще раз. Потом повернулся и исчез за дверью, которую я не заметил в полутьме. Вероятно, там было складское помещение. Было слышно, как там что-то заскрипело, упало, и раздался ворчливый голос старика:

— Вот до чего дожили! Синитическая кожа! Нашим алхимикам и жинерам дай только волю — мир перевернут, и радоваться будут, что придумали очередную глупость никому не нужную!

— Он не знает, что я из другого мира? — повернулся я к Фарину, щупавшего какую-то заготовку.

— И пусть не знает, — откликнулся гном. — Возгар — ушлый старик, запытает до смерти, но выведает все, что его интересует.

— Ему в контрразведке тогда служить надо, а не на складе сидеть, — улыбнулся я.

— В какой разведке? — не понял гном.

— По поимке шпионов, — пояснил я, не став мучить Фарина. — Туда набирают людей, способных выявить врагов в своем тылу. Есть такая служба у вас?

— А, есть! Внутренний сыск. Понял я.

Новые знакомые не перестают меня удивлять!

Возгар бросил на прилавок ворох одежды, и пробурчал, чтобы я начал одеваться. Ему, видите ли, не положено допускать на склад незнакомых людей. Однако! Бюрократизм и здесь свил свое поганое гнездо!