Книга Герои чужой войны 2, страница 180 – Валерий Гуминский

— Уджаг! Фалзуг! Зур-даш! Смотрите за пленниками во все глаза! — приказал Бахтар, и как-то подозрительно, с вниманием посмотрел на меня. — Если только вздумают голову повернуть в сторону — можете убить их! Кроме вон того, черноволосого, наглого и пронырливого молодого ублюдка!

Вот козел! Обозвал всячески, да еще зыркает недовольно. Нам даже поговорить не дали, спешно привязали по походному варианту и погнали вперед.

Троица, что Бахтар приставил к нам, внушала серьезное опасение. Все бойцы оказались матерыми, со взглядом бывалых волчар. Они распределились так, чтобы одновременно со всех сторон держать нас на прицеле. То бишь любое движение даже на сантиметр от тропы можно было пресечь в корне. Мы и так находились под бдительным присмотром и не делали попыток ускорить свою гибель. Я успел показать знаками, что надо поговорить на привале.

Однако Бахтар думал совсем иначе. Он, словно ошалелый, гнал свой отряд вперед, и к середине дня, когда солнце перевалило зенит, мы оказались далеко от предгорий и вступили на холмистую равнину. Только тогда была дана команда к привалу.

Устроились на отдых в небольшой рощице, росшей у подножия холма. Чертовы охранники не спускали с нас глаз, но отошли подальше и расположились полукругом.

— Что ты хотел сказать? — Экор с кряхтением сдернул сапоги и разложил портянки на траве, давая им высохнуть. Неприятный запашок поплыл над стоянкой. Орки брезгливо поморщились и о чем-то оживленно заговорили, изредка похохатывая. — Извините, что отравляю воздух, господа, но в наших условиях не приходится соблюдать некоторые приличия.

— Да не переживай, у меня обувка на голой ноге, — махнул рукой Лешак. — Кожа задубела настолько, что новые мозоли не вскакивают. Так что, Кос, хотел сказать?

— Ночью к нам прокрался незнакомец, — тихо ответил я. — Полагаю, что он — тот самый стрелок.

— Ого! — поразился Лешак. — А почему я ничего не слышал?

— Потому что дрых как суслик, — отрезал я. — Он сказал только одно слово, «завтра». Потом испарился, словно его и не было.

— Завтра? — наморщил лоб Экор. — Значит, что-то произойдет, и нам нужно быть готовым.

— Нападение на отряд? — оживился лучник. — Хоть какое-то разнообразие! И как же он справится с кучей мяса в доспехах?

— Не знаю, — я пожал плечами. — Но парень не из тех, кто разбрасывается словами.

Договорить мне не дал Уджаг, самый низкорослый из всех орков. По комплекции он смахивал на гнома, такой приземистый и с широким разлетом плеч. Не воин — «бобкэт» в миниатюре. Закинув секиру на плечо, Уджаг расставил ноги и вперил свои узкие глазки на нашу компанию.

— Хватит сидеть, buubi! — не повышая голос, сказал он.

— Может, хватит нас называть свиньями? — лениво спросил Лешак, но предусмотрительно поднялся. Он возвышался над Уджагом на целую голову, и все же проигрывал в весе. Намного проигрывал. И каково же было удивление многих орков, когда Уджаг молча завалился на спину, гремя железом.

Никто не понял, что случилось. Даже Лешак. Орк лежал на земле со стрелой с черно-белым оперением в горле. Наемник дернулся за оружием, но общая связка не дала ему возможности схватить секиру или нож. Поднялась суматоха. Фалзуг и Зур-даш огромными скачками понеслись в нашу сторону, чтобы предотвратить захват оружия пленниками.