Книга Симбионт, страница 201 – Валерий Гуминский

С новосельем!

Из-за всех перипетий с графом Татищевым я и Ванька едва не опоздали к началу учебных занятий. Так получилось, что мы заселились в общежитие за сутки до первых лекций. Комната под номером «четыре» была за нами давно забронирована, поэтому оставалось только взять ключ у администратора и подняться на третий этаж, где селились студенты, которые могли себе позволить выкупить комфортное проживание на весь срок обучения.

Нам достался номер с двумя спальнями небольшой, но уютной гостиной, санузлом и кухонькой, в которой недавно провели ремонт, заменили гарнитур. Даже невооружённым глазом виден свежий светло-коричневый пластик, блестящие ручки и небитые края шкафчиков. О, счастье! И холодильник присутствовал! Ну, ещё бы его не было! Папаша мой заплатил за первый год проживания в этом студенческом великолепии кругленькую сумму. Насчёт питания каждый решал сам, как поступить. Кто-то из высокородных приехал с прислугой, кто поскромнее — обедал и ужинал в университетской столовой, а вот завтракали все в своих комнатах. Вопрос с готовкой у меня не стоял. Ванька без проблем мог любое блюдо сварганить. В общем, мы этим вопросом пока не заморачивались.

— Шик, блеск, красота! — обойдя комнаты, вынес свой вердикт Дубенский. — Чур, моя спальня слева!

— Поближе к кухне? — ухмыльнулся я, не собираясь спорить. Лично мне было безразлично, где спать.

— Ага, — друг расплылся в улыбке. — Люблю по ночам в холодильник заглянуть. И тебе мешать не буду своими похождениями.

— Да ради бога, шляйся, когда хочешь, — я занялся личным благоустройством. Первым делом вытащил из сумки выходной костюм, аккуратно расправил его и повесил на плечиках в гардеробный шкаф. Надо потом пройтись утюжком и щёткой. Туда же ушёл футляр с клинками. Пусть пока там побудут, потом найду им место. Холодное оружие любит, чтобы на него смотрели, а уж магические сабли сам бог велел разместить на стене. Ладно, потом выпрошу у эконома молоток и гвозди. Не к спеху.

На полках разложил футболки, шорты, трусы, носки, спортивные костюмы, которые захватил из дома аж три комплекта. Один из них предназначался для тренировок летом, другой осенне-зимний, а третий я всегда надевал на тренировки с клинками. Зимнюю обувь пока оставил в шкафу, а кроссовки, тапочки, туфли — всё это перекочевало в прихожую.

Гитару повесил на боковую стенку шкафа. Кто-то добрый, проживавший до меня в этой комнате, прикрутил там несколько крючков, и я поблагодарил его за такую предусмотрительность.

— Ты устроился? — я заглянул в комнату Ваньки. — Нам нужно в ректорат сходить, отметиться, а то сходу зачислят в неблагонадёжные.

Иван посмотрел на кровать, где стопкой лежала неразобранная одежда, махнул рукой.

— А, вечером разберусь!

В коридоре было шумно. Большинство студентов уже подъехали днями раньше, но теперь многие ходили из одной комнаты в другую, знакомились. Увидели Шакшама с какими-то двумя парнями, такими же смугловатыми, с азиатским разрезом глаз. Наверное, свитские. Устав разрешал студентам из высокородных семей содержать на своем коште двух сопровождающих. Вот наш казах и воспользовался этим правом. Надо же, не ожидал от него такой статусности. Это, скорее, для Юрки Голицына подходит, но никак не для сына степей. Хотя, кто их знает, стараются в ногу со временем идти.