Книга Симбионт 3, страница 118 – Валерий Гуминский

— Молодому господину нужен отдых, — намекнул он.

Да я бы и сам не против выйти отсюда, но Наташа продолжала держать в своих руках его ладони, а сама беззвучно плакала.

— Не… надо. Я хочу сказать… Меня не спасти. Зараза… убивает… мою душу, мою… суть. Я боюсь… что когда я уйду… не оставлю… ничего. Ни следа. Ни памяти. Только… пустоту.

— Гриша, ещё ничего не закончено! — с жаром заговорила княжна. — Мы будем бороться до последнего! Завтра, после ритуала, ты встанешь на ноги, вот увидишь!

— Нет, я чувствую, что твой гость принёс мне смерть, — неожиданно чётко и без пауз проговорил Григорий, впившись в меня жуткими провалами глаз. — Обещай, что не обидишь сестру и станешь её защищать! Теперь это твой рок!

Меня продрало морозом. Я вдруг осознал, что Шуйский обращается не ко мне, а к Субботину. Больной княжич «видел», ощущал присутствие ещё одной души, и каким-то звериным чутьём понимал, что именно эта душа заменит его тело. У меня появилась стойкая уверенность, что Григорий, даже если очистится от дряни, уступит место майору. Можно сказать, княжич уже проиграл.

— Обещаю, — вместо Субботина ответил я, потому что следовало что-то сказать, для Натальи и слуги, ничего не понимающих.

— Спасибо… — княжич устало прикрыл глаза. — Я устал… спать хочу…

Алфёр тихо кашлянул, предупреждая нас, что пора покинуть комнату. Взгляд у слуги был пришибленным, тоскливым. Наталья встала, нагнулась и поцеловала брата в щеку. А потом, расправив плечи, быстро направилась к двери. Я едва успел распахнуть её перед девушкой. Оказавшись в коридоре, княжна обессиленно привалилась к стене.

— Он никогда так не говорил, — призналась Наталья. — Мне очень страшно. А вдруг завтра опять что-то пойдёт не так? Снова какая-нибудь нелепая ошибка, и всё…

— Не забывая о худшем, надейся на лучшее, — пробормотал я.

— К чему эта дурацкая поговорка? — резко спросила княжна.

— К тому, что нельзя на сто процентов быть уверенным в таком деле, как магия. Невозможно рассчитать, как при строительстве моста или здания, какие-то параметры, зависящие от правильности тембра голоса или криво нарисованной пентаграммы.

— Завтра ритуальную часть возьмут на себя опытные чародеи, — сухо проговорила Наталья. — Ваш Кознич — он же не сделает ошибку?

— Кузнич, — поправил я. — Нет, не сделает. Главное, успешно ассимилировать душу симбионта с телом твоего брата. И тогда есть шанс уничтожить заразу.

— Ты странный, Михаил, — Наташа медленно пошла по коридору, опустив голову. — Ради чего ты согласился расстаться с сущностью, которая, как видно, тебе совершенно не вредит? Ты готов отдать часть самого себя, чтобы спасти чужого человека. Шуйского, заметь. Чей Глава Рода пытался принести тебе вред.

— Ради семьи, — я даже не задумывался над ответом. — Буду откровенным. Твой отец пошёл бы на любое преступление, чтобы получить симбионта. Меня пытались убить много раз, Наталья Александровна. Рано или поздно Александр Александрович добился бы своей цели. Причём, без шансов для меня вернуться к жизни через рекуперацию. Знаешь, как это делается? Нужно просто отрезать голову…

— Хватит! — резко бросила княжна. — Отец осознал свою ошибку! Ты же сам прекрасно видишь, как он хочет помочь Грише! Даже меня не пожалел, отдал в аманаты! Между прочим, я завтра тоже могу умереть… и никакая рекуперация не поможет!