Книга Симбионт 3, страница 121 – Валерий Гуминский

— Григорий Шуйский, — улыбнулся я. — Привыкай к новому имени, княжич. Теперь оно твоё навсегда.

Прощай, и снова здравствуй

Чтобы провести ритуал обмена, нам пришлось ехать в Царицыно. Оказывается, Алтарь находился там, а не на Моховой. Шуйские выкупили огромный участок земли возле прудов в первой половине восемнадцатого века, когда столица ещё не разрослась столь крупно. Теперь Царицыно — родовое поместье князей Шуйских. Посреди красивейших и живописных мест раскинулся целый комплекс красивых коттеджей и вилл, а венчал всё это великолепие трёхэтажный особняк из светло-розового камня, с нарядными башенками, балконами, террасами, широкой липовой аллеи.

Понятно, что такой красотой лучше любоваться летом, а не сейчас, когда землю укрывает снежный покров. Но и в этом случае увиденное впечатляло.

Наш кортеж, растянувшийся на полкилометра, промчался по Каширскому шоссе и втянулся на широкую дамбу, за которой уже начинались, собственно, владения Шуйских. Ещё с километр мы ехали по гладкой, содержащейся в хорошем состоянии, дороге. По левую сторону тянулись симпатичные домишки, прячущиеся за невысокими заборами из металлопрофиля. Водитель, который вёз меня, отца и Марка Ефимовича, пояснил, что здесь проживают люди, служащие Шуйским. Хозяйство огромное, рабочие руки нужны постоянно, как летом, так и зимой. Зимой, правда, поменьше. В основном, заняты слуги, обеспечивающие быт и комфорт тех родственников господина канцлера, кто постоянно живёт в Царицыно.

Территория посёлка была огорожена кованым забором, тянувшимся в обе стороны и терявшимся в лесном массиве. Проехав через КПП, мы ещё минут пять мчались вдоль тёмных вод пруда, потом повернули налево, проскочили мимо красивого особняка и остановились возле одноэтажного здания похожего на куб. Две его стены были полностью стеклянными, а внутри практически ничего не было кроме пары диванов и нескольких больших горшков с какими-то пышными растениями.

Расчищенная от снега площадка тут же заполнилась автомобилями. Захлопали дверцы, вооружённая охрана высыпала на улицу и сразу же взяла под контроль непонятного назначения здание.

Князь вместе со своим чародеем Карпом молча стояли возле своего «Аксая» и смотрели, как двое бойцов ведут под руки Григория. Рядом с ними суетился Алфёр и что-то подсказывал. Сейчас он был похож на кудахчущую наседку, которая стремилась защитить своего птенца. Мы подошли к князю, не зная, что нужно делать.

— Это и есть ваш Алтарный зал? — чуточку удивлённо спросил отец, приподнимая воротник пальто. Со стороны пруда поддувало морозным ветерком.

— Необычно, да? — усмехнулся Шуйский, стоя с непокрытой головой. Он как будто не замечал холода. — На самом деле Алтарь находится глубоко под землёй. Там весь комплекс медицинских и вспомогательных помещений для рекуперации. Если этот стеклянный куб разнесут на мелкие осколки, то несколько метров железобетона вряд ли вскроют.

— А ваши родственники знают, что вы сегодня собирались провести ритуал?

— Их присутствие нам совершенно не нужно, — пояснил князь. — Поэтому я приказал не совать сюда нос до окончания мероприятия. Гриша может занервничать, а мне бы не хотелось снова испытать разочарование.

Я тем временем смотрел, как Григория довели до дальней стены, где находились створки лифта, открыли его и вместе с княжичем вошли внутрь. Створки захлопнулись.