Книга Симбионт 3, страница 218 – Валерий Гуминский

— И где же их искать? — скептически спросил Филипп де Водре.

— Орден Торквемады, — со всей серьёзностью ответил Ларош. — Он прекратил своё существование в конце восемнадцатого века, перейдя под крыло Святой Католической Церкви. Но я уверен, что умения Ордена нашли применения и в современном мире.

— Хорошо, — чуть подумав, ответил граф Монтегю. — Я постараюсь без всякой огласки разыскать потомков членов Ордена и выяснить, не разучились ли они держать в руке магическое оружие.

* * *

На Арбате хватало старых особняков, когда-то выкупленных предприимчивыми и умеющими глядеть в будущее людьми, чья принадлежность к столбовому дворянству не вызывала никакого сомнения. Они не были купцами, не принадлежали к «торгашескому племени», но деньги считать умели. Со временем земля в центре столицы взлетела в сотни раз, что позволило владельцам особняков значительно улучшить своё благосостояние, или продав их, или сдав в аренду.

В общем, за полвека в этом районе сменились почти все владельцы. Но один из немногих трёхэтажных особняков до сих пор оставался прибежищем и крепостью для старинного Рода Волынских. Именно здесь частенько любили собираться люди, объединённые одной целью, которая могла быть расценена имперской безопасностью как «политический заговор с целью смены династического правления». Но Волынские и иже с ними заговорщики считали иначе. Для них «восстановление справедливости» было куда важнее, чем стабильность и спокойствие целой империи. Старые обиды, накопившиеся за сотни лет противостояний, дуэлей, склок не могли бесследно исчезнуть. Может быть поэтому, не мудрствуя лукаво, постоянная группа высокородных господ, скрывавшая свои собрания под видом ежемесячных званых ужинов, называлась «Союзниками». Тут, скорее всего, многовековая обида накопилась на Шуйских, чем на Романовых. Новая династия, отодвинувшая Рюриковичей и Гедиминовичей от русского престола, с поляками не сотрудничала, члены её Рода в Семибоярщину не входили. Да и позже никому из старинных семей не мстили уж очень откровенно. Соблюдали паритет, компромиссы не нарушали. А вот Шуйские… Эта деятельная семейка немало крови попортила столбовому дворянству. И то, что уже почти две сотни лет Шуйские крепко стояли подле Романовых, ещё больше распаляло желание «Союзников» снести эту власть.

Сейчас, в один из предрождественских вечеров, в доме Волынских встречались трое — те, кто давно копает под канцлера и готовит почву для смены династии. Но в приоритете был, конечно, князь Шуйский.

— Щенок выжил, — сказал один из мужчин, высокий, с густой сединой на висках. — Прискорбно.

— Вся Москва гудит об этом, — подтвердил второй, более молодой по сравнению со своими компаньонами. У него был острый взгляд и тонкая, не совсем приятная улыбка. — Григорий уже появляется на публике, посещает клубы, с помощью пресс-службы Шуйских даёт бодрые интервью.

— Как такое могло случиться? — семидесятилетний Волынский, уже патриарх Рода, а не только Глава, пристально поглядел на моложавого собеседника, младше его всего-то на десяток лет.

— Бес его разберёт — что, — проворчал мужчина с седыми висками. — Медленно помирал Гришка, даже намеренная эвтаназия для последующей рекуперации не помогла. Слухи из дворца Шуйский просачиваются плохо, но кое-что удалось узнать. Совсем плох был мальчишка, и вдруг ожил, забегал.