Книга Время воина, страница 120 – Валерий Гуминский

Окончив свой монолог, Балахнин вышел из кабинета. Пора с Ильей поговорить насчет «психологического насилия». Это надо же так выразить мысль! И самое обидное, Буян оказался прав, удивительно точно обрисовав проблему старшего сына Алексея Изотовича. Есть такой грешок у княжича, разбалованного женским вниманием. Может, отправить парня на перевоспитание к Назарову, как это случилось с Юркой Старшиновым? Зато родители теперь довольны, что парень за ум взялся.

Балахнин покачал головой. Если кто-то стратегически правильно мыслит, то нападение на теневую фигуру в будущем политическом раскладе оправданно. Значит, нужно сделать все, чтобы оградить Никиту и вывести его из-под удара.

Мезень, февраль 2016 года

От Мезени до храма Перуна, затерянного в глубинах северных лесов и тундровых пустошей, нужно было добираться не меньше полутора суток, как пояснил Всеслав Гордеевич накануне поездки, когда споры о правомерности молодого Князя провести ритуал кровного братания понемногу утихли. Барон Назаров остался непреклонен перед Собором и заявил, что берет всю ответственность на себя, как и разговор со жрецами.

Учтя расстояние, выехали рано. Еще солнце не взошло над суровыми лесными гривами, спящими под глубоким снегом. Планировалась одна ночевка в пути и несколько коротких остановок чтобы отдохнуть и перекусить. Четыре мощных скандинавских «Викинга», огласив улицы городка ревом моторов, шустро добежали до окраин и уже дальше помчались по снежной целине подобно охотничьей собачьей своре, не удерживаемой крепкой рукой хозяина. Накатанная трасса осталась далеко позади, а лесной массив, облепивший невысокие каменистые холмы, приближался с каждым метром.

Все снегоходы загружены вещами, нужными в походе, начиная от продуктов и теплой одежды, заканчивая канистрами с топливом и оружием. Никита ехал вместе с Ратиславом — младшим сыном Милодара Витковича, его ровесником. Волхв радовался, что широкая спина парня защищала его от плотной снежной взвеси, норовившей осыпать с ног до головы, да и от встречного ветра, особенно жгучего на восходе солнца, тоже спасала. Но у каждого на такой случай на лицо натянута шерстяная шапочка «а-ля балаклава» с прорезями для глаз и рта, уже куржавевшая белесыми хлопьями инея от горячего дыхания.

Небольшая кавалькада ревущих черных монстров на полозьях влетела в узкий подлесок, перемахнула через замерзшую Товь и выйдя на оперативный простор, пошла энергично отмахивать бесконечные километры безлюдья. Вел колонну Кузьма, как наиболее опытный проводник, ходивший несколько раз на лыжах к Храму. Сорокалетний могучий помор дорогу знал как свои пять пальцев, и даже в кромешной тьме мог безошибочно вывести к нужном месту. Как сказал Всеслав Гордеевич, Кузьма с десяти лет начал ходить с отцом на охоту, стрелять из карабина, а чем он на самом деле занимался в глухой северной тайге, знали немногие, умевшие держать язык за зубами.

Кузьма входил в число посвященных ратников, как и все те, кто сейчас ехал к Храму. Шесть человек, прошедших особую подготовку и давших клятву Перуну — великому предводителю воинов, сопровождали столичных гостей к Алтарю, где Полозову предстояло дать клятву верности Никите, скрепив ее кровью. Мероприятие очень ответственное, требовавшее серьезной психологической готовности. Поэтому Никите было важно убедить Собор в необходимости такого важного шага, показать намерения новоиспеченного Князя и открытость в своих деяниях. Иначе бы зачем сюда стремиться столь яростно? В Вологде тоже есть Алтарь. Обряд можно было и там провести.