Книга Время воина, страница 122 – Валерий Гуминский

— Хорош! — сказал он. — Пора ехать. Надо до Бирюковой заимки до темноты добраться. Там заночуем.

Если до остановки в авангарде шел Кузьма со своим братом Денисом, то теперь дорогу в снежной целине пробивал Анисим, за спиной которого сидел Полозов. Солнце поднялось над гривами, тянущимися причудливыми изломанными линиями с севера на юг, из-за чего приходилось нырять в густые заросли мелкорослого березняка и снижать скорость. И как только находился проход между холмами, скорость колонны существенно возрастала.

Ближе к обеду сделали еще одну остановку для личных нужд, заправили снегоходы и помчались дальше. Заход солнца в этих широтах наступал в четвертом часу, поэтому Кузьма по рации приказал ускорить движение. Вперед выдвинулся экипаж Истислава и Терентия. Никита подумал, что его намеренно не пускают в авангарде, постоянно держа под контролем. Могли ли ратники получить приказ Патриархов охранять важного гостя? Не исключено. Ратислав за время поездки ни разу не оказывался в хвосте или впереди, четко держась третьим, какая бы смена не происходила. Оставалось только пожать плечами и крепко держаться в сиденье, чтобы не вывалиться из него, когда водитель делал особо резкие маневры.

Рычащие снегоходы пересекли пустынную местность, где из-под снега торчали какие-то сухие метелки трав или кустарника. Возможно, сейчас они ехали по замерзшему озерку, а то и по тундровой пустоши. Обогнув с севера на юг невысокий холм с чахлой растительностью в виде низкорослых березок и кривых елей, караван рванул в сторону темнеющего на горизонте густого леса.

Въехали они туда на закатном солнце, осветившем последними бледно-желтыми лучами верхушки лиственниц и елей. Рычащие раскаты моторов разлетались эхом по смыкающейся за спиной тайге. Кузьма, снова заняв место ведущего, уверенно пробивал дорогу к заимке.

В вечерних сумерках снегоходы пересекли безымянный замерзший лесной ручей и вскоре заехали на полянку, окруженную высоченными елями. Низкорослый домишко, сложенный из толстенных лиственных бревен имел пару узких оконец и мощную дверь, сколоченную из плах. На крыше, засыпанной толстым слоем снега, виднелся кончик закопченной жестяной трубы. Под крышей пристройки находилась солидная поленница, какой-то старый инвентарь, сани на деревянных полозьях, куча напиленных чурок.

— Приехали! — негромко возвестил Кузьма, когда стих рокот моторов и установилась невероятная тишина. — Парни, загоняйте транспорт под крышу, укрывайте его. — А остальным лопатки в руки и откапывать дверь!

Никита мог бы раскидать слежавшуюся кучу снега одним движением руки, но ему было приятно работать вместе с веселой компанией, орудуя лопаткой. Они быстро освободили занесенную снегом дверь, очистили площадку возле нее и только потом попали внутрь.

На них сразу пахнуло стылым воздухом нежилого помещения и мышиным пометом. Никита с любопытством разглядывал нехитрое убранство лесной избушки. Здесь не было ничего такого, что казалось непривычным для человека, знакомого с бытом охотников или лесовиков. Деревянный пол, хорошая печь, сложенная из дикого камня, добротно сколоченные стол, две лавки и полати, на которых, если улечься поперек, может вместиться не меньше десяти человек. Они-то и занимали почти все пространство неказистого домика. Для стола и лавок осталось немного места. Да и зачем? Заимка предназначалась, в первую очередь, для безопасного проживания на пару-тройку дней. Главное, чтобы было тепло и где поспать.