Книга Возмездие, страница 12 – Валерий Гуминский

— Каменный ручей, — пояснил Фока. — Значит, идём правильно. Скоро должна быть полянка, на которой и заночуем.

— Может, воды в котелки набрать? — предложил Москит. — Чтобы сразу на огонь поставить.

— Попробуй, — ухмыльнулся проводник. — Еще никто до воды добраться не мог. Вроде бы вот она, журчит под ногами, а не ухватишься. Не ссы, боец. На стоянке есть вода. Здесь, в тайге её много, даже искать особо не надо.

Перескакивая через сухие валуны, под которыми издевательски звенели потоки невидимой воды, отряд перешел на другую сторону и углубился в лес. Фока уверенно довёл его до поляны, где и расположились на ночь. Владимир выставил два сторожевых поста: со стороны ручья и впереди, где колыхался молодой ельник.

— Низина пошла, — предупредил Сохатый. — Завтра заранее приготовим шесты. Можем в любой момент в болото забрести.

— Что у тебя по меткам? — спросил Владимир.

— Идём правильно. Тропа старая, неприметная. Не переживай, княже. Раз к болотинам вышли, значит, не сбились с пути.

Уверенность Сохатого передалась и бойцам. Уже никого не напрягало, что приходилось идти по зыбунам, когда почва опасно колышется под ногами, или обходить, казалось бы, безобидные участки леса. В тайге, как пояснил Фока, у всего есть хозяин. Вогулы, например, предупреждают об этом черепами животных или берестяными масками на деревьях. Лучше заранее свернуть с тропы, обойти запретную территорию, чем навлечь на себя недовольство местных аборигенов за потревоженных духов.

Сохатый повеселел. Он даже показал Владимиру и Никите зарубку в виде вилки с двумя зубцами, уже поблекшую от времени.

— У прадеда были свои хитрые знаки, — пояснил проводник, когда они, запыхавшись, поднялись на невысокий голец, поросший редким ельником посреди огромных валунов. — Вилка, стрелка, перекрещенные стрелки. Каждая из них предупреждала, что находится впереди.

— Вилка — это болота? — спросил Владимир, подставляя разгорячённое лицо свежему ветру, высушивающему пот. Хорошо, мошку сдувало напрочь.

— Внимательно слушаешь, княже, молодец, — похвалил Фока. — Мы же к болотам идем. А еще это два пути. Один зубец чуть длиннее другого, обратил внимание?

— Левый путь длиннее, — хмыкнул Никита, уже ничему не удивляясь. В этакой глухомани люди за кажущейся простотой прятали глубокие смыслы своего бытия.

— По нему и пойдём, Никита Анатольевич, — к волхву проводник почему-то обращался именно так, и никак иначе. Возможно, он ощущал исходящую от Назарова невидимую Силу, совмещавшую в себе дар разных по своей сущности богов: Перуна и Велеса. И по своему природному любопытству пытался разгадать немыслимую для собственного восприятия загадку гостя. Что-то он знал, а о чем-то догадывался. — Аккурат к Медвежьей башке и выйдем.

Спустившись с гольца, отряд подобно труженику-червяку вгрызался в таёжную глухомань, пока не уткнулся в черную безмолвную гладь воды, кое-где заросшую ряской, а где-то поблескивавшую кроваво-красными отблесками заходящего солнца.

— Ну вот мы и на месте, — выдохнул Фока, прислонив свой шест к березе. Потом скинул рюкзак. — Дальше не пойдём. На сыром месте плохо спать. А здесь взгорок.

— Разбиваем лагерь, — приказал Владимир, — готовим ужин и спать.

— Княже, надо бы «птичку» запустить, — подошел к нему худощавый молодой парень, единственный в отряде кто носил очки. В боевом крыле молодого рода он имел должность оператора БАС (беспилотных авиационных систем). Строгановы одни из первых стали использовать новомодное техническое направление в своих делах.