Книга Возмездие, страница 178 – Валерий Гуминский

Лужицкий после осмотра посёлка охотно принял предложение и подписал контракт на пять лет. Дом ему предоставили сразу, и скоро должна была подъехать семья. Так что теперь в клане Назаровых стало пятеро управляющих: в «Изумруде», «Граните», «Назаровских мануфактурах», в поместье и в «Родниках». Не тяжесть, а глыба величиной с Эверест упала с плеч Никиты.

— Дорогой, ты не собираешься обедать? — удивилась Тамара, когда он стремительно вошёл в гостиную и объявил, что ему надо срочно в Вологду.

— Нет, солнышко, труба зовёт, — улыбнулся Никита, поцеловав её в щеку и потрепав короткий пушок на голове Юрки, копошащегося на диване рядом с матерью. — Появилась одна идея, которую нужно воплотить в реальность.

— Ты насчёт князя?

— Да.

— Мне не нравится твоё воодушевление и человеколюбие, — нахмурилась жена. — Шереметев нам не друг и не союзник. А ты ему хочешь подарить шанс на долгую жизнь. Я же знаю, насколько сильны твои рунические свитки. Не милосерднее ли будет дать ему умереть? Вот увидишь, Саша Шереметев в глубине души станет благодарить тебя.

— Саша ещё слаб, — покачал головой Никита. — Как бы в этой семейке власть дядья не захватили. А зачем нам под боком иметь турбулентный клан, если мы собираемся в Петербург переезжать?

— Правда? — по девчачьи взвизгнула Тамара и повисла на шее Никиты. — Ты решился?

— Но не раньше, чем построю новый дом, — предупредил волхв, зарываясь носом в густые волосы жены. — Девчонкам не говори. Кстати, где они?

— Юля повезла Дашу к родителям, пару деньков погостить на природе. Ярика с собой забрали. Яна, Сахар и Злодей с ними, если ты насчёт охраны.

Никита всё-таки отвертелся от обеда, не желая терять время. Он заскочил в кабинет, взял стило и попрощался с женой до вечера.

* * *

— Вы сильно рискуете, Никита, — профессор Кошкин выглядел озадаченным, когда услышал, что именно хочет сделать барон Назаров. Склонившись над стеклянным колпаком, под которым в магической субстанции лежал князь Шереметев, он внимательно рассматривал чёрные дорожки, протянувшиеся от шеи к груди пострадавшего. Щупальца некротической магии, наткнувшиеся на неожиданное препятствие, на какое-то время замерли, но не прекратили своё разрушающее действие.

— На сколько увеличилась поражённая зона? — Никита тоже заметил изменения.

— За сутки дорожки вытянулись на два сантиметра, — пробурчал Кошкин. — Мы не в силах прекратить процесс. Князь обречён.

— В таком случае почему вы меня отговариваете, Артём Данилович? В безнадёжных случаях риск становится единственным выходом. Я получил разрешение от Александра Шереметева на любые действия, которые могут спасти его отца. Неуверенность ведёт к поражению.

— Я не страдаю неуверенностью, барон! — вскинулся Кошкин, как будто оскорблённый недоверием молодого человека. — Знали бы вы, сколько раз мне приходилось рисковать своей репутацией, спасая людей нестандартными ходами, благодаря чему я стал тем, кем являюсь. Ваши конкретные действия?

— Откачиваем жидкость, переносим пациента на операционный стол, и я начинаю работу, — пожал плечами Никита. — Главное, вытереть насухо князя и… побрить его грудь.

Они одновременно поглядели на Шереметева, оценивая густоту поросли. Кошкин хмыкнул и взмахнул рукой, подзывая к себе двух крепких ассистентов, следивших за показаниями аппаратуры и подачей питательных веществ в капсулу. Дав им нужные указания, он вернулся к Никите и предложил ему пока подождать в кабинете. Приготовления займут не меньше получаса, не стоит мозолить глаза помощникам своим присутствием.