Книга Королевская охота, страница 171 – Валерий Гуминский

— Я убью их! — держась за голову, простонал юнец. — Хочу выпустить кишки этим грязным собакам! О, боги, они мне череп раскололи!

— Успокойся, Алкер, — буркнул кто-то из друзей. — Где ты сейчас их найдёшь? Уже темно. Где здесь самый близкий бордель? Предлагаю устроить засаду там, а когда они выйдут, вспороть каждому из них брюхо и скормить требуху собакам!

— Глупая затея, — возразил тот, чья голова столкнулась с головой Алкера. Он морщился, отряхивая шляпу от уличного мусора. — Эта матросня не так глупа, как кажется. Особенно один из них. Наверное, образованный человек. Помощник капитана, не меньше, ставлю бутылку «Искарии». Надо их искать в порту. Устроим завтра засаду и поймаем всех. Запомнили их лица?

— Двоих точно, — хмыкнул мужчина с бородкой-эспаньолкой, которому как раз и досталось от «образованного». Его впечатлил хитрый и эффективный удар ребром ладони, от которого он потерял сознание. — А ловко они с нами голыми руками разделались, сеньоры. Вы думайте что хотите, но эти ребята явно не простые матросы.

— Да плевать! — взъярился Алкер. — Нас унизили прямо на глазах черни! Только смерть!

— Ульферт прав, — сказал «эспаньолка». — Надо искать их в порту. Видели на их шеях платки? Они у всех одинаковые. Значит, это могли быть матросы с военного корабля или с какого-нибудь «купца», где принято носить единую форму. Поспрашиваем таможенников, стражу. Никуда эти псы шелудивые не денутся. Найдём и прирежем.

После долгого блуждания по закоулкам Наби-Син вывел нас на небольшую площадь, окружённую трёхэтажными домами. Часть окон ещё светилась, но большинство людей предпочли лечь спать. Где-то лениво брехала собака, возле одного здания слышались пьяные голоса. Всё это стало настолько привычным, что не хотелось обращать внимание на посторонние шумы. Фарис ничем не отличался от других городов Дарсии, разве только ночью досаждала липкая влажность, которую не мог победить свежий ветер с побережья.

— Доходные дома, — пояснил низарит. — Здесь живут мелкие ремесленники, не примкнувшие к цехам, и торговцы. Под защитой гильдий им было бы хорошо, но почему-то предпочли отделиться.

— А как же защита? — спросил Гусь, держась настороже. Мало ли кто из темноты полезет.

— Защиты, как в цеховых кварталах, нет. Будут грабить и убивать, никто на помощь не придёт, — Наби-Син махнул рукой куда-то в узкую щель между двумя домами. — Давайте за мной. Там есть двор, от которого я и шёл в сторону дворца.

Мы последовали за халь-фаюмцем, зажимая носы от вони, несущейся со всех сторон. Такое ощущение, мусор жильцы выкидывали прямо на улицу, как и содержимое ночных горшков. А ведь уже во многих городах действует жёсткое правило: каждый дом обязан содержать в чистоте прилегающую территорию. За первое нарушение — штраф, за второе — битьё плетью прилюдно на площади. За третье могут и вздёрнуть. И это не шутки, что за разведённую грязь лишают жизни. До сих пор люди вспоминают жуткие эпидемии чумы, сотрясавшие не только приморские города Дарсии; болезнь уходила в центральные провинции, опустошая всё на своём пути и оставляя за собой огромные погосты.

Проскочив узкий проход, мы очутились посреди странного нагромождения построек. К одноэтажным халупам достраивали флигели, вторые этажи, создавали какие-то переходы с помощью деревянных помостов из одного дома к другому. Рукотворные террасы под хлипкими навесами предохраняли от палящего летнего солнца или от дождей. Здесь они шли редко, но довольно интенсивно. Повезло нам, что до них ещё почти месяц. Пристройки служили для мелких животных вроде кур, кроликов или коз. До меня доносилось сонное квохтанье откуда-то сбоку из слепленного из глины и соломы сарайчика.