Книга Королевская охота, страница 172 – Валерий Гуминский

— Идите за мной, — торопил Наби-Син, забираясь на хлипкую лестницу.

Мы по одному поднялись следом на узкий, длинный и открытый коридор, соединявший несколько домов, и стараясь не шуметь, заскользили за низаритом. Но предательский скрип настилов то и дело заставлял нас замирать на месте. И в какой-то момент откуда-то выскочил здоровенный мужик с топором в руке.

— Пошли вон, собаки! — заревел он и размашисто ударил топором, целясь в голову Наби-Сина.

Халь-фаюмец ловко уклонился в сторону и врезал мужику растопыренной ладонью по носу. Тот хрюкнул, уронил топор и схватился за лицо. Второй удар свалил его навзничь. Пришлось перешагивать через него. Рич на всякий случай добавил ногой, окончательно деморализовав странного типа, от которого жутко несло кислым пивом. Перепил, вот и почудилось, что к нему лезут воры.

— Быстрее! — Наби-Син остановился в конце террасы и подпрыгнул вверх, ухватился за балку и тут же оказался на ней, упираясь руками. Потом жестом показал, куда нужно идти.

Ночная прогулка по хлипким крышам — то ещё удовольствие. В любой момент под тяжестью тел кровля могла обвалиться и вызвать переполох в квартале. Наби-Син уверенно вёл нас по направлению к возвышающейся тёмной громаде ратуши, от которой, как я помнил, недалеко до особняка Тенгроузов. Уверенно лавируя между какими-то нагромождениями, мы продвигались вдоль узких улочек, изредка прыгая на более высокие дома. Морион, заметно нагревшийся, исправно создавал вокруг меня поле невесомости, благодаря чему я не отставал от низарита. А вот Ричу и Гусю приходилось тратить энергии гораздо больше. Прыжки становились всё длиннее, ближе к Герцогскому кварталу улицы расширялись, и в какой-то момент пришлось карабкаться по стенам, хватаясь за всякие выступы на стенах, подоконники или ставни.

— Мы пришли, — Наби-Син остановился, глубоко вдыхая влажный воздух. Он вытянул руку и показал на освещённые окна дворца. Благодаря этому, удалось очень внимательно рассмотреть прилегающие к нему здания сверху. Чтобы не скатиться вниз по плотно уложенным черепицам вниз, мы заняли позицию за чердачным фонарём и замерли в неподвижности. Над нами расстилалось бархатное небо с невероятно крупными звёздами, а над притихшем морем вставал серебристо-желтоватый круг Фатты — так называют жители Тефии вечный лунный спутник планеты. В Сиверии люди считают, что Фатта в момент своего наивысшего свечения привносит в жизнь неизбежность, предопределённость, фатальность. Поэтому она и носила такое название. Горе тому, кто попадёт под её очарование в этот момент. Но сейчас можно не волноваться и смотреть на море, раскрашенное в невероятные золотисто-лиловые мазки. Может быть, предопределённость в моей судьбе была заложена изначально, и оставалось лишь следовать ей, вовремя считывая знаки и сигналы богов-кураторов.

С трудом оторвав взгляд от Фатты, я стал внимательно изучать подходы ко дворцу. Наби-Син вытянул руку:

— В прошлый раз я шёл по этим крышам. Через двести шагов начинаются жилые дома, примыкающие к внутренней стене особняка. Нам придётся прыгать туда и бежать вон по тому дому, стоящему торцом. И с него перескочить на террасу второго этажа. Оттуда вглубь особняка ведёт коридор. Внутрь я не заходил, охрана всполошилась от крика какого-то мужчины, страдавшего, наверное, бессонницей.