Книга Всадники Роха, страница 69 – Валерий Гуминский

Наконец, Авьяд обратил внимание на Сергея и сделал знак, чтобы пришелец подошел к нему.

— Слово этого человека – подтверждение злого умысла Оски и ее людей, – сказал Авьяд. – Серш, ты подтверждаешь, что именно эта девица напала на тебя с ножом?

— Подтверждаю, – ответил Низовцев. – Эта девица пыталась ударить меня ножом, когда я отбивался от ее помощников.

— Есть ли свидетели, которые подтвердят, что степняки имели сговор с Советником Багонем?

— Да, вождь. Есть человек, который видел, как раненый степняк скрылся в доме вот этого человека.

При этих словах Багонь криво улыбнулся.

— Ну, про остальное все известно, – развел руками Авьяд, – труп в сарае опознан. Твое признание, уважаемый Багонь, тоже не дает тебе права требовать милость. Казнить тебя – так слишком слабо обвинение. Ну, помогал по недомыслию, так? Люди же не поймут.

Багонь машинально кивнул, еще не понимая, к чему клонит вождь. Авьяд продолжал:

— Ты запятнал честь Советника, честь клана, который давал тебе защиту. Ты действовал неумно, дав приют степнякам, которые решили напакостить за моей спиной. Серш – не воин клана, но он и не раб. Убив его, меня бы оскорбили, но не настроили кровников против Герпир. А моя обида – ничто против чести клана. Умно, но слишком обыденно. Поэтому моя обида, Багонь, ложится на тебя. Повелеваю тебе в три дня покинуть земли клана Великого Люта. Вместе с семьей. И я не буду отбирать ничего из твоих богатств. Куда ты пойдешь – мне не интересно. Преследовать вас никто не будет. Ты все понял?

— Прекрасно понял, вождь, – осипшим голосом ответил Багонь, враз потерявший стать. Он даже стал меньше ростом, как показалось Сергею, и его борода даже потускнела. А может, это была лишь игра света и тени.

— Иди, я не держу тебя, – сказал Авьяд жестко, без малейшей дрожи в голосе, без какой-либо нотки участия. – Забирай свою семью и с завтрашнего утра собирайся в дорогу. Ты умный человек, и любой клан примет тебя с радостью.

— Но я же предатель, – сухой смешок раздался в тишине зала.

— Нет, ты будешь говорить, что лично обидел вождя Авьяда. Правду будут знать только мои воины, которые и так на тебя злы. Не забывай об этом. Иди.

Оска задумчивым взглядом проводила Багоня, потом осторожно пошевелилась и нарушила молчание:

— А что со мной будешь делать? Решил уже?

— Ты торопишься куда-нибудь? – вздернул брови вождь. – Мне показалось, что ты довольна своим положением. Тебя обижают? Морят голодом?

— Нет, все хорошо, – призналась Оска.

— Может, тебе нужен мужчина? – полюбопытствовал Авьяд. – Не стесняйся, скажи. Я же понимаю….

Девушка фыркнула, густо покраснев. Сергей даже удивился такой реакции. Ему-то казалось, что наемница вообще оторва еще та, любительница подлых ударов со спины. А тут заробела, скромница!

— Ты – девственница? Ага, понял! Ну, что ж, не буду настаивать.

Низовцев вдруг понял, что Авьяд самым настоящим образом издевается над степнячкой, выводит ее из себя, только вот для какой надобности?

— Серш, она хотела тебя убить, – вдруг обратился к нему Авьяд. – Ты сумел остаться в живых и даже взял Оску в плен. Не хочешь ли воспользоваться правом первого трофея? Девка хороша, не спорю. Но моя обида распространяется и на нее. Бери ее.

— А что мне с ней делать? – удивился Сергей, и, услышав, как весело фыркнул все время молчавший Ёрун, сам понял, что сморозил глупость. – Нет, самое главное для меня понятно…. А что дальше?