Книга Сломанные искры, страница 22 – Настасья Карпинская

Она помогает мне подняться на этаж и зайти в квартиру, чувствую, что выпитые таблетки совсем отпускают и перестают действовать, что вот-вот новый болевой приступ накроет меня волной, сбросив обувь, сразу иду за лекарством на кухню. Принимаю две таблетки и опускаюсь на стул, переводя дыхание.

— Проходи, – произношу, понимая, что Тая все еще стоит в коридоре. Так, непривычно называть ее по имени даже в своих мыслях. Но ее имя ей очень подходит. И мне нравится его повторять, оно перекатывается во рту словно сладкий леденец.

— Ты как? – она появляется в дверном проеме и в ее взгляде плещется тревога.

— Через минут пять буду огурцом. Можешь пока поставить чайник?

— Конечно.

— Хочется уже перекусить, а лучше чего-нибудь пожрать.

— Я могу приготовить, – она тут же отзывается, наполняя чайник водой.

— Там в холодильнике, недоготовленый вчерашний ужин, – улыбаюсь, вспоминая нашу проведенную ночь, и она улыбается в ответ, понимая, о чем я сейчас подумал.

Я смотрю на нее, достающую из холодильника мои вчерашние заготовки и на душе становится так тепло и уютно, как не было никогда. А еще она будто заряжает меня жизненной энергией и это удивительно.

— Почему ты не сделаешь операцию? – спрашивает, наполняя чашку чаем, и отходит к плите, чтобы поставить на нее сковороду для жарки котлет, которые со вчерашнего вечера лежали в холодильнике размороженные.

— Делал и не один раз. Устал от больниц. И они не помогают.

— Дочь моей коллеги делала операцию на ногах в Китае, все прошло замечательно, хотя до операции она даже ходить нормально не могла. Хочешь, я узнаю для тебя? – мне приятна ее забота, но я не знаю, что сейчас ответить, это надо обдумать. До ее появления я был готов поставить на себе крест и смириться с жизнью инвалида, а сейчас рядом с ней чувствую, что хочу жить по-другому, полноценно.

— Если ты бы вышла за меня замуж, то я бы обязательно сделал операцию и постарался вернуться в полноценную жизнь, – улыбаюсь, смотря на нее и делая глоток горячего чая, – а так зачем зря рисковать, вдруг хуже только станет.

Она улыбается в ответ, понимая, что я просто съезжаю с темы, уходя от прямого ответа.

— А если я скажу тебе, что выйду за тебя, если ты сделаешь операцию и начнешь лечение? – внезапно произносит она, все так же с улыбкой, а в ее светло-карих глазах пляшут смешинки и я понимаю, что попал в собственную ловушку. Смеюсь в голос. Я и забыл, за этой возней с ее бывшим, что она мастер словесных игр. И я снова ей проиграл. С этой женщиной надо быть начеку. Но мне это нравится.

— Если я тебя сейчас поймаю на слове, что будешь делать потом? – ее улыбка становится шире и она тоже смеется.

— Понятное дело – выйду замуж, обещала ведь.

Тая остается у меня, ей не хотелось уходить, а мне ее отпускать. Мы наконец-то разговариваем, смотря в глаза друг другу, и это рождает необъяснимые чувства внутри меня, я никогда подобного не испытывал, меня никогда настолько сильно не тянуло ни к одной женщине, ни одна не касалась души, ни одна не пробиралась так глубоко под кожу. Я знаю ее так мало, а кажется будто всю жизнь.

После ужина мы смотрим какой-то фильм, лежа в обнимку на разложенном диване, Тая не бежит на кухню как Вера, чтобы отмыть после готовки посуду и проветрить кухню, не суетится, не старается мне понравиться, она просто наслаждается этим временем, как и я и от этого становится мне еще ближе. Обнимаю ее, целуя в макушку и она тут же прижимается еще тесней, обвивая меня своей рукой.