Книга Код 93. Районы, страница 121 – Оливье Норек

* * *

Разнесшийся по вокзалу спасительный голос объявил отправление поезда на Ниццу и положил конец их затянувшемуся прощанию.

Несмотря на сирену и мигалку, Париж задержал его на пятнадцать минут. Прибыв на место, Кост оставил машину на служебной парковке, опустил солнцезащитный козырек с надписью «Полиция» и быстрыми шагами направился по аллее к старому викторианскому зданию, где и находился Институт судебно-медицинской экспертизы, пристроившийся между скромным парком и берегами Сены. Миновав двое старых деревянных ворот, он пересек внутренний сад с несколькими кустиками и неработающим фонтаном и появился у стойки регистрации:

— Здравствуйте. Капитан Кост. У меня вскрытие с доктором Леа Мар… извините…

Секретарша за стойкой заговорщицки ему улыбнулась:

— Привычка, не так ли?

Кост достал из кармана куртки мятую бумажку и со смущенной улыбкой продолжил:

— Безусловно. У меня встреча с доктором… Сержем Атланом.

— Вам все будет внове.

— Да, меня предупредили.

* * *

Если здесь не работать, существует лишь одна причина для посещения таких мест – опознать близкого. Или, к несчастью, самому оказаться этим близким. Так что в среднем при трехстах пятидесяти вскрытиях в год есть большая вероятность столкнуться с семьей в трауре – именно поэтому здесь царит священная кладбищенская тишина. В этой атмосфере почтительного покоя Кост направился к прозекторской. Секретарша открыла его пропуском магнитный замок и пожелала удачи.

Посреди зала, полностью отделанного белым кафелем, высился операционный стол, а лежавший на нем труп владел всем вниманием патологоанатома. В защитных пластиковых очках, еще белом халате и со впечатляющими усами, тот склонился над телом и вводил металлический стержень в уже продырявленное колено трупа. Взгляд Коста задержался на непривычном зрелище: коробочке для инструментов, поставленной прямо на грудную клетку тела.

— Доктор Атлан?

Тот даже не поднял глаз.

— Капитан Кост, полагаю? Опаздываете. Возможно, доктора Маркан это не беспокоит, а вот меня раздражает. Можно подумать, раз уж мои пациенты мертвы, можно не торопиться.

Несмотря на довольно холодный прием, Кост и глазом не моргнул, а доктор продолжил в том же тоне:

— Я уже начал без вас. Передайте мне сверло на четыре миллиметра, у меня все перчатки в крови.

Готовый сотрудничать, Кост подошел к столу, порылся в коробочке с инструментами и оставил эту затею:

— К сожалению, я не способен отличить одно сверло от другого. Можно узнать, что вы делаете?

Патологоанатом прервал свое занятие и в первый раз взглянул на Коста.

— Разрывы мягких тканей и легкие ожоги по окружности. Вашего парня пытали дрелью. Я стараюсь определить, какой диаметр использовался. Но уж точно не три миллиметра.

Между тем он осторожно вытащил металлический стержень – тот влажно хлюпнул, – затем небрежно порылся в коробочке с инструментами, извлек оттуда новый и показал его флику:

— Сверло четыре миллиметра. Это выгравировано сверху. Меня уверяли, что вы хороший следователь, я скорее разочарован.

— Меня уверяли, что вы крайне неприятны. Лично я удовлетворен.

Знакомство состоялось; доктор в упор посмотрел на Коста и одарил его неким подобием улыбки. После чего без нажима вставил стержень в левое колено: тот как нельзя лучше соответствовал отверстию.