Книга Код 93. Районы, страница 200 – Оливье Норек

Что касается мальчика, я рассчитываю извиниться перед ним лично. Оставляю вас жить с чувством вины. У меня вот не получается.

По факту самоубийства не проводится полицейского расследования, и возможность изъятия равна нулю. Кост незаметно сунул мобильник в карман. Закончив просмотр, Ронан выдал заключение:

— Ничего особенного. Последние двое суток он читал сайты новостей. Что вряд ли его морально поддержало.

Тут в квартиру вошла команда полицейских в форме, и среди них девушка, которую они оба знали.

— Капитан, приветствую вас. Когда случается худшее, вы всегда тут как тут.

— Такая уж у нас работа. Привет, Эмили.

— Что побудило вас выбить дверь?

— Проверка на местах.

— Мне так и написать в рапорте?

— Да, по всей форме. Укажите, что сотрудникам уголовной полиции послышался какой-то шум в квартире, этого будет достаточно.

Молодая сотрудница патрульной службы подмигнула ему, на что Кост ответил улыбкой.

* * *

Ронан и Кост уже спокойнее спустились с восьмого этажа и вышли к Жоанне.

— Нашли что-нибудь интересное?

— Нет, ничего особенного, – заявил Ронан. – Если только в мобильнике, который стащил Виктор, нет чего-нибудь животрепещущего. Поделишься с нами?

Кост достал мобильник и протянул коллегам:

— Посмотрите сами.

Телефон взяла Жоанна, и в ту же секунду он зазвонил. На экране высветилось «мама».

— Черт. Что будем делать?

— Ничего, – приказал Виктор. – Пусть звонит. Это не наша проблема, к тому же у нас не может быть этого мобильника. Она скоро и так все узнает.

Уже темнело; перед уходом из конторы Кост присел на низкую ограду внутреннего сада уголовной полиции Девяносто третьего департамента. Закурил, набрал номер на мобильнике. Леа даже не дала ему времени произнести «добрый вечер»:

— Не хочешь рассказать, чего ради мне было уезжать в отпуск, если я все равно буквально приклеена к телеканалу новостей? Скажи хотя бы, что тебя не втянули в этот бардак.

— Ты слишком беспокоишься. Побивание камнями и оскорбления – это только для тех, кто в форме. Городские бунты тоже. Хотя иногда у меня складывается впечатление, что я делаю какую-то другую работу.

— Что за ерунда! Ты как будто разочарован.

— Нет, но как раз в подобных ситуациях я осознаю удобство своей службы. С другой стороны, учитывая три текущих дела, безработицы можно не опасаться.

— Три дела? Я знаю только о старушке…

— Прибавь еще заместителя мэра и двенадцатилетнего мальчика.

— И ты рассчитываешь закруглиться со всем этим до конца недели?

Кост сделал глубокую затяжку.

— Я не приеду, Леа. Прости. Я не могу все бросить и уехать в отпуск. Ты же понимаешь?

В трубке повисло тягостное молчание.

— Я считала себя сильнее.

— Сильнее, чем кто?

— Чем жены полицейских, которые умирают от страха, что муж может не вернуться домой. Сильнее, чем картины насилия на экране. Сильнее, чем пробуждения посреди ночи, несостоявшиеся свидания, пропавший отпуск. Но я ничуть не лучше этих женщин. Просто очередная любовница. Я чувствую себя виноватой, что так думала. Виноватой и глупой.

Кост не знал, что ответить. Леа бросила трубку.

В помещении «Общества дружбы Мальсени – Гаити» перед Боссом стояли шестеро его подручных, ответственных за шесть основных кварталов. Справа Дрисс, слева Колен. Он созвал их, чтобы избежать слухов. Ему вполне хватало и шести недружелюбных лиц, которые сейчас составляли его аудиторию и уже перешептывались.