Книга Меж двух миров, страница 34 – Оливье Норек

— Он слегка вошел в штопор, — пояснила Эрика. — Пьян в дымину, бился головой о стену. Пришлось защитить его от него самого.

— А Кевин Перш? Что слышно из больницы? С ним можно поговорить?

— Да, можно. Но по распоряжению прокуратуры вечером дело забрала себе судебная полиция. Этого следовало ожидать, в комиссариате не занимаются расследованиями, связанными с убийством.

В несколько широких шагов Бастьен провел смотр остальных камер и вернулся к Эрике.

— Не понимаю, — удивился он. — Вчера их не было, и сегодня нет.

— Ты о ком?

— О беженцах. Все описывают мне их как тучи саранчи, налетевшей на город. Я ожидал увидеть переполненные камеры.

— Мы не трогаем мигрантов, — уточнила Эрика.

— А если застаете их на месте преступления?

— Если имеет место насилие или убийство, тут ничего не скажу, но что касается других правонарушений, мы просто доставляем мигрантов к лагерю и переходим к другим делам.

— Без протокола?

— Прокурору и комиссару удалось создать тупиковую ситуацию, которая всех устраивает.

— Обожаю трюки. Объясните мне этот.

Эрика прихватила досье двоих задержанных и ответила на вопрос лейтенанта по дороге к их кабинету, расположенному этажом выше.

— Итак, думаю, мы оба согласны, что все эти типы в «Джунглях» бежали от войны или голода. Мы имеем дело не с обыкновенной экономической миграцией, а с вынужденным изгнанием. Было бы бесчеловечно лепить этим несчастным протокол о правонарушении и отправлять их восвояси. Кем мы тогда будем? Но с другой стороны, совершенно очевидно, что никому неохота брать на себя заботу об их устройстве, раз уж их поселили на свалке за пределами города. Так что для них изобрели статус «потенциальных беженцев».

— Впервые такое слышу, — признался Бастьен, засовывая евро в стоящий на лестничной площадке кофейный автомат.

— Даже не ищите, такого термина нет нигде, ни в одном законодательном тексте. Это то, что называется «сделано в Кале», — фирменное блюдо. В общем, с этим половинчатым статусом их нельзя задерживать. Логично: если мы отказываемся интегрировать их во Франции, то ведь не для того, чтобы подчинить их нашей судебной системе. Но им также не дают полного статуса беженцев, иначе ими пришлось бы заниматься. Так что с этим наименованием потенциальных беженцев мы и не арестовываем их, и не оказываем им помощь. Просто оставляем плесневеть в надежде, что они сами собой рассосутся.

— Вижу, у вас тут долго соображали, как поступить, чтобы ничего не делать.

— Лично я перестала об этом думать ради собственного психического здоровья.

Эрика толкнула бедром дверь кабинета и поздоровалась с Рубеном Корвалем, лицо которого выглядело не менее помятым, чем его шмотье.

В знак приветствия тот кивнул новому начальнику, который ответил ему тем же и умышленно задержал на нем взгляд на секунду дольше, чтобы дать понять, что вчерашнее оскорбление не прошло незамеченным.

— На сегодня два протокола, — перешел к делу Бастьен. — С ними вы разберетесь сами. Появление в общественном месте в пьяном виде и, как следствие, выходка, приведшая к причинению ущерба личному имуществу. И налетчик, который поранил руку о разбитое им стекло. Он сам же и вызвал помощь. Город новый, а кретины те же. И, — Бастьен Миллер обратился к капралу, — Корваль, меня не будет всю первую половину дня. К своему возвращению я хотел бы, чтобы допросы были проведены, жертвы опрошены, а ущерб установлен. Я возьму на себя уведомление прокуратуры — это даст мне повод познакомиться с коллегами. Принято?