Книга Глупые, страница 166 – Галина Шатен

— Я подумала, – выдыхаю сдавленно, ковыряя на его свитере пальцем, – что сегодня мы могли бы переночевать отдельно… Несколько дней.

— Почему?

— Ну, – слегка пожимаю плечами, – странно, мы встречаемся меньше месяца, а уже живем вместе… Разве это правильно?

— Я не устраиваю тебя в твоей квартире?

— Устраиваешь. Не в этом дело. Просто странно и неправильно, что мы живем вместе, нам еще нет двадцати, и мы встречаемся несколько недель.

— Ладно, – выдыхает. – Посмотри на меня.

Поднимаю на него глаза, он качает головой.

— У тебя ничего не выйдет, карамельная моя. Ты не поедешь одна в свой город.

— Ты не можешь мне указывать, Тимур!

— Ты сидишь на моих коленях, дразня и возбуждая своей попкой. Ты не можешь на меня кричать. Это не этично, – проговаривает спокойно.

— Что? – Моргаю два раза. Это как-то… неожиданно.

— Потрогай мою ширинку. Я каменный. Потому что хочу тебя… – шепчут его губы мне на ухо, посылая вместе с дрожью импульсы по телу. – Ты мило краснеешь. Каждый раз…

Его руки уверенно пробираются под футболку и накрывают грудь. Начинается заводная игра с сосками, разжигающая мою кровь и заставляющая потерять нить разговора и вообще забыть про слова.

— Тимур, – откидываю голову на его плечо, и он оставляет поцелуй на моих губах.

— М-м? Нравится, когда я трогаю тебя? Везде нравится?

От его горячего шепота только завожусь больше. Тем временем он опускает одну руку и проникает под резинку моих домашних лосин.

— Я вроде… как… мы…

— Что? – Проникает в меня пальцем, заставляя простонать и выгнуться. Боже! Любое его касание на меня действует по-особенному, мое тело начинает жить отдельной жизнью, а я получаю райское наслаждение. – Ругались? – Его губы пробегаются по шее, пока палец плавными движениями заставляет сбиться дыхание, а пальцы второй руки продолжают играть с сосками, доводя до безумия, заставляя желание и потребность в этом парне возрасти и вычеркнуть все мысли о чем-либо или о ком-либо.

— Пойдем на наш диван – или я сейчас взорвусь, на фиг! – Прекращает свои ласки и, резко подхватив, уносит на руках в гостиную.

Вечером созваниваюсь с тетей Наташей, у нее узнаю, что в четверг ночью будет очередное ночное собрание. Что значит – у меня в запасе два дня. Хорошо, что теперь я не связана работой, ну, не так, как раньше, спасибо Тимуру, что бы он ни говорил о том, что здесь ни при чем и это все Пановы.

— Нервничаешь? – спрашивает Ярославский в среду ночью, когда мы лежим в ночной тишине.

— Нет, – лгу.

— Я буду с тобой, ладно? – Он притягивает к себе и целует щечку, потершись кончиком носа.

— Я не хочу, чтобы ты ехал, – выдаю на одном выдохе. Замирает. Даже, кажется, дышать перестает. – Их все равно не будет, я просто быстро съежу туда и обратно.

— Ну и здорово, тем более волноваться не о чем, верно? – спрашивает. С ним бесполезно спорить, эту простую истину я поняла с первых дней, да и если быть откровенной, мне не хочется. Я, конечно, волнуюсь за поездку, как он воспримет мою жизнь, одновременно с этим не хочу терять чувство защищенности, которое не оставляет ни на миг, когда он рядом.

— Мы возьмем с собой братьев, – неожиданно проговаривает.

— Это еще зачем?

— Просто для компании. Чем больше народу, тем веселее.

— Я не думаю…

— Правильно, этим занимаюсь я.