Книга Глупые, страница 91 – Галина Шатен

Я переспала два раза за два дня с главным индюком. И это не то, чем стоит гордиться. Почему тогда сейчас я все еще чувствую себя хорошо?

Слышу его шаги по коридору мимо комнаты, затем звук пускаемой воды. Представляю, как вода струится по его обнаженному телу… Э-э, нет, я не делаю этого. Вместо этого отвлекаюсь и оглядываюсь. Никаких фотографий: ни его, ни родственников. Дверь, ведущая на балкон, огромная кровать и большой шкаф-купе с зеркалом от потолка до пола. Но мое внимание приковано к фотообоям на всю стену за изголовьем кровати. Это изображение воды. Картина очень качественной работы. Похоже на фотографию живописи, но я ее никогда не видела раньше. Каждый завиток у пены кажется реалистичным, заставляет задуматься, не искусная ли это фотография? Касаюсь рукой поверхности.

— Среди волн.

Невольно вздрагиваю и отступаю от стены. Тимур в одних пижамных штанах, сидящих низко, стоит облокотившись о косяк. Его волосы еще влажные, торчат во все стороны. В общем, эта картина завораживает больше, чем та, что рассматривала еще минуту назад.

— Что?

— Это фотография картины Айвазовского «Среди волн», – кивает на стену, проходясь по ней глазами. – Нравится?

— Это рисовал человек? – Вновь вглядываюсь в детальную точность.

— Ага, охренеть, да? – Его глаза возвращаются на меня и с любопытством оглядывают с ног до головы.

— Угу, – соглашаюсь, вдруг почувствовав неловкость, что стою в его футболке. Как глупо. Надо было одеться, даже в голову не пришло. Одергиваю край футболки на бедре. – Где мои вещи?

— Зачем они тебе? – он прищуривается.

— Ну, одеться как минимум… Тимур!

Ярославский в три секунды оказывается рядом и притягивает к себе, обняв мою талию. От его тела так и идут волны тепла. К такому определенно хочется привыкнуть. Поправляю его небольшой тонкий крестик на цепочке, чтобы не смотреть в серые глаза, в которых запросто можно затеряться.

— Мне нравится, как ты одета. – Его рука опускается на мое обнаженное бедро, и затем ладонь сжимает ягодицу, посылая приятные импульсы по всему телу. Шумно выдыхаю ему в ключицу.

— Поэтому ты испортил всю мою одежду? – Выпутываюсь из его рук и поднимаю джинсы, рассматривая отсутствие заклепки. В принципе, не так дорого поставить новую. И на рубашке нашить новые пуговицы. Но вот лифчик… Хотя, если постараться, можно и его зашить. – У тебя есть нитки?

— Нитки? – Парень с легкостью отбирает у меня джинсы и отшвыривает их в сторону. – У меня есть суп. Пойдем поедим, – снова притягивает к себе и легко касается губами шеи, вызывая мурашки. – Ты пахнешь мной и собой одновременно, – шепчет в мое ухо, – это заводит…

— Но я… – накрываю его руки на своей груди, когда он не спеша мнет ее, заставляя дышать реже и нуждаться в этих ласках все больше. Прижимается ко мне и слегка трется. Попкой чувствую его нарастающую эрекцию, и между бедер отзывается пульсацией.

— …не хотела? – предполагает, завершая мою мысль, как ни странно, верно. – В этом-то и вся соль…

Затем шумно чмокает в изгиб шеи и отстраняется, развернув меня за руку. Слегка удивленно поднимаю на него глаза.

— У нас ужин стынет, – довольно проговаривает, словно увидел что-то на моем лице, что его удовлетворило.

Это странный вечер, плавно перетекающий в более странную ночь. Но я совершенно точно не хочу уходить от него… Отсюда, в смысле.